Главная стр 1
скачать


Справочные материалы к семинарским (практическим) занятиям
Тема № 4. Система национальной безопасности
Семинар № 8
Тема занятия: Современные зарубежные концепции национальной безопасности и динамика их изменений
Учебные вопросы:

1. Зарождение и формирование концепции национальной безопасности за рубежом.

2. Особенности современных зарубежных концепций национальной безопасности.
1. Зарождение и формирование концепции

национальной безопасности за рубежом
Система национальной безопасности любой страны базируется на концептуальных политических нормативно-правовых документах, в которых излагаются официальные взгляды на роль и место государства в мире, его национальные ценности, интересы и цели, способы и средства противостояния внешним и внутренним опасностям и угрозам.

В разных странах название документов, раскрывающих содержание концепции национальной безопасности, различное. В частности,

в США - это «Стратегия национальной безопасности»,

в Канаде и Турции - «Политика национальной безопасности»,

в Италии - «Стратегическая концепция национальной обороны»,

в Великобритании, Германии, Китае, Японии и ряде других стран подобными документами являются так называемые «Белые книги».

Положения этих документов являются базой для формирования и осуществления единой общегосударственной политики реализации и защиты национальных интересов, разработки частных концепций и планов, связанных с обеспечением национальной безопасности в международной, военной, экономической, социальной, экологической, информационной и других сферах.

Наиболее отработанная и развитая система формирования концептуальных основ национальной безопасности в настоящее время сложилась в США.

Под «национальной безопасностью» в США понимают состояние защищенности государства от враждебных актов или других видов вмешательства, в том числе от внутренних угроз. Понятие «национальная безопасность» включает как национальную оборону, так и внешние отношения государства в политической, экономической и других сферах.

По мнению американских экспертов, национальная безопасность должна обеспечиваться:



во-первых, военным преимуществом над любым иностранным государством или группой государств;

во-вторых, благоприятными позициями США и их союзников на международной арене;

в-третьих, поддержанием обороноспособности страны на уровне, позволяющем успешно противостоять любым враждебным и разрушительным действиям, проводимым открыто или тайно.

Своими истоками нормативные документы в сфере национальной безопасности уходят в 50-е годы ХХ века.

В основу американской теоретической модели национальной безопасности положены научные труда Г. Моргентау, который считал, что содержание национальной безопасности и национальных интересов определяется политическими традициями и общим культурным контекстом, в рамках которых нация формулирует свою внешнюю политику. При этом есть некоторые вещи, которые «все государства не могут не делать: защищать свою физическую, политическую и культурную сущность против посягательств других государств».

Следует отметить, что в 50-е годы в академических кругах США ещё не выделяли категорию национальной безопасности из категории национальных интересов. Поэтому для проведения границы между двумя этими категориями политики, Вольферс предложил такое определение категории национальной безопасности - «безопасность в объективном смысле измеряется отсутствием угрозы приобретенным государством ценностям, а в субъективном смысле, отсутствием страха за то, что эти ценности будут подвержены угрозе».

Уже во второй половине 60-х годов ХХ века в основе концепции национальной безо­пасности США лежал идеологический подход в его чистом виде - антикоммунистический подход холодной войны.

В 70-е годы ХХ века, в период разрядки, в процессе формирования концепции национальной безопасности США верх взяли идеи школы политического реализма, в соответствие с которыми международные и внутренние дела государства, вообще существование государства должно базироваться на основе соблюдения законов.

Но уже в 80-е годы ХХ века на поверхность вновь всплыли варианты доктрины национальной безопасности, сформулированные ещё в начале 60-х годов сторонниками идеологизированной политики. Как известно, Р. Рейган именно в подобных выражениях и терминах определил внешнеполитическую сторону концепции национальной безопасности США на тот период:

«Для восьми американских администраций и двадцати конгрессов основы американских внешнеполитических принципов оставались непоколебимыми: противостояние тоталитаризму, защита демократических реформ и прав человека, содействие процветанию и свободе во всем мире, причем все это на основе мощной обороны и твердых обязательств перед союзниками и друзьями».

Результаты распада СССР самым непосредственным образом отразились на доктрине национальной безопасности США, потребовав пересмотра ряда её положений. Теперь её суть заключается не столько в защите американских ценностей и противодействии коммунизму (предполагается, что с ним покончено), сколько в утверждении и защите верховенства США в мире, устранении всех врагов США. Именно таким образом современная концепция национальной безопасности США стремиться обеспечить безопасность государства от внутренних и внешних угроз, что, по сути, является ярким проявлением превращения доктрины национальной безопасности в доктрину американского гегемонизма.

В 90-м году ХХ в., американцы пересмотрели свои основные установки национальной безопасности, заявив, что теперь отпала военная угроза Соединенным Штатам и их союзникам, поэтому они положили совершенно иное основание в понятие национальной безопасности. Теперь у них гвоздем является экономика - борьба за обеспечение преимущественного положения американцев и их компаний во всех местах земного шара.

Стратегия концепции национальной безопасности США 90-х годов ХХ века в формулировке госсекретаря У. Кристофера состояла из «трех столпов», четырех принципов и пяти направлений. К «столпам» относятся:



усиление экономики США,

распространение демократии в мире с помощью США,

усиление военной мощи США для охраны существующих ценностей и достижения новых.

«Принципы» формулировались в виде долженствования: Америка должна:



сохранить свое лидерство как единственная сверхдержава мира,

установить эффективные политико-экономические отношения с наиболее сильными державами мира,

создавать институты, содействующие экономическому сотрудничеству и решению проблем безопасности,

поддерживать демократические процессы в мире в целях распространения американских идеалов и интересов в мире.

Пять направлений включают:

развитие открытой глобальной торговой системы,

развитие нового порядка безопасности в Европе,

содействие в установлении многостороннего мира на Ближнем Востоке,

препятствие распространению оружия массового поражения в мире,

борьба с международной преступностью, наркобизнесом и терроризмом.

То есть концепция национальной безопасности США отошла от доктрины сдерживания и противодействия коммунизму, заменив её стратегией расширения гегемонии США, суть которой заключается в великодержавном америкоцентризме, крайней идеологичности (демократия, рынок по-американски) и агрессивном глобализме. Причем, американцы по каким-то причинам не разделяют категорию национальных интересов и категорию национальной безопасности.

Основные цели политики в области безопасности в изложении авторов Доклада министерства обороны Конгрессу на 1996 год включали в себя:

защиту жизни американцев как в своей стране, так и за рубежом,

сохранение государственного суверенитета, политических свобод и независимости с их ценностями, институтами и территориальной целостностью,

материальное и моральное процветание государства и граждан.

Среди угроз американским ценностям и национальной безопасности указывались попытки региональных держав, враждебных интересам США, достичь ге­гемонии в своих регионах путем агрессии или устрашения, угрозы демократии и реформам в государствах бывшего СССР и его сателлитов в Восточной Европе, других странах. Таким образом, национальные интересы США сохраняют свою идеологичность и одновременно являют собой политику реализма, хотя первому и дается приоритетное значение.

Сегодня, согласно американским взглядам, целенаправленность обеспечения национальной безопасности достигается путем выработки и реализации соответствующей стратегии, утверждаемой президентом страны.

«Стратегия национальной безопасности», опубликованная Белым домом, – это основополагающий доктринальный документ, в котором администрация США излагает для внутренней аудитории и мировой общественности цели, задачи и методы их реализации в отношении вопросов национальной и международной безопасности. Впервые такой документ был выпущен в свет еще администрацией Ричарда Никсона. В 1986 году был принят закон Голдуотера–Никольса, который, в частности, сделал подготовку «Стратегии национальной безопасности» обязательной.

Документ такого рода, естественно, носит декларативный характер, содержит обтекаемые, дипломатичные формулировки и не раскрывает полностью многие аспекты реальной политики, которые остаются засекреченными. Тем не менее «Стратегия национальной безопасности» вместе с другими доктринальными документами («Четырехгодичный обзор военной политики», «Обзор ядерной политики», «Обзор подхода к противоракетной обороне», «Стратегия в сфере кибербезопасности» и т.п.) дает достаточно развернутое представление о политических приоритетах американского руководства. По «Стратегии национальной безопасности» можно судить о степени преемственности и новизны в подходе соответствующей администрации к вопросам безопасности США.

В ней анализируется военно-политическая обстановка, формулируются задачи государства на международной арене, определяются направления деятельности правительства по нейтрализации внешних и внутренних угроз.

Первоосновой стратегии являются фундаментальные (постоянные) национальные цели, которые декларируются в конституции и заключаются в обеспечении безопасности, процветания и свободы американского народа. Основными этапами формирования стратегии национальной безопасности являются:

определение национальных интересов, которые подразделяются на жизненно важные, важные и гуманитарные;

выработка национальной политики, то есть согласованных подходов к обеспечению защиты национальных интересов; определение целей стратегии национальной безопасности, а также средств и способов их достижения;

оценка реализуемости и эффективности выдвинутой стратегии.

Президент США непосредственно и через своего помощника по национальной безопасности принимает участие в разработке стратегии на всех этапах ее формирования. При этом он опирается на сложившийся механизм подготовки и принятия решений в сфере национальной безопасности.

Непосредственная подготовка проектов президентских докладов и решений возложена на аппарат совета национальной безопасности. Он организует разработку соответствующими государственными органами (министерством обороны, госдепартаментом, ЦРУ и т.д.), а также различными исследовательскими организациями аналитических материалов, содержащих обоснованные предложения. При этом основные органы, осуществляющие информационно-аналитическое обеспечение совета национальной безопасности, относятся к разведывательному сообществу США.

В целом, находящаяся у власти политическая группировка разрабатывает стратегию национальной безопасности как доктрину, выражающую ее политическую волю и идеологию. Этот документ обеспечивает реализацию целевого подхода в управленческой деятельности всех государственных органов, то есть постоянную ориентацию на конечные результаты.

«Стратегия национальной безопасности США» является основой американского военно-политического курса. Выдвигаемые в ней цели и требования служат главными ориентирами программно-целевого планирования строительства вооруженных сил и развития всей системы национальной безопасности страны.

Механизм реализация стратегии национальной безопасности в строительстве и применении ВС США предусматривает издание Пентагоном целого комплекса документов, на основе которых разрабатываются оперативные планы, военные программы и военный бюджет.



2. Особенности современных зарубежных

концепций национальной безопасности
Стратегия национальной безопасности США. В документе, вышедшем в свет в 2010 г. выделяются четыре аспекта:

безопасность;

экономическое процветание;

продвижение «универсальных ценностей»;

укрепление миропорядка под американским руководством.

В такой постановке вопроса, пожалуй, нет ничего нового. «Стратегия национальной безопасности» Обамы, как и все предыдущие документы такого рода, сохраняет упор на поддержание американского лидерства в мире. Вместе с тем подход нынешнего руководства США содержит ряд важных нововведений не только тактического, но и стратегического характера.



Впервые в стратегии предлагается интегрировать основные инструменты американской мощи: дипломатию, военную силу, экономические инструменты, разведку; силы обеспечения внутренней безопасности.

Исторически американский подход к проблеме национальной безопасности ограничивался международными аспектами – вопросами военной и внешней политики. Вопросы внутренней политики и экономического развития не считались относящимися к сфере национальной безопасности США. Правда, администрация Джорджа Буша-младшего опубликовала «Стратегию внутренней безопасности», но это был самостоятельный документ. Нынешняя администрация отошла от такого жесткого разграничения и расширила понятие национальной безопасности. Стратегия Обамы носит всеобъемлющий характер и представляет собой попытку интегрировать внутренние и международные аспекты национальной безопасности.

Стратегия отражает острейший системный кризис, с которым столкнулись Соединенные Штаты в конце прошлого десятилетия. Конечно, речь идет не о выживании США, а о перенапряжении сил в попытке консолидировать однополярный мир. Тезис о перенапряжении повторяется в тексте документа три раза. Неоднократно говорится и о том, что ни одна страна не в состоянии нести бремя ответственности в одиночку. В новой американской стратегии фактически признается, что «единственная сверхдержава» не состоялась.

Экономическая безопасность. Проблема внутренней безопасности в новом документе больше не сводится к защите от террористической угрозы. Первостепенное значение в стратегии уделяется вопросам восстановления американской экономики. Пожалуй, никогда раньше они не ставились столь остро. Особый упор делается на развитие образования, здравоохранения, науки и техники, а также решения проблемы дефицита государственного бюджета. Это необходимо для того, чтобы восстановить способность к инновациям и конкурентоспособность экономики США.

Вместе с тем впервые отнесено к сфере национальной безопасности сокращение дефицита федерального бюджета. Особое внимание при этом уделяется необходимости реформы системы здравоохранения, что позволит сократить темпы роста расходов на медицинское обслуживание.

Белый дом обещает предоставить «полное образование всем американцам» и выйти к 2020 году на 1-е место по доле лиц с высшим образованием в населении страны. Упор предлагается сделать на математику и технические науки. Это должно обеспечить наращивание человеческого капитала в США.

Вместе с тем заявляется, что НИОКР играют «центральную роль в развитии нашего национального потенциала». Объявляется, что «инновации – это основа американского могущества».

На первое место ставится задача обеспечить лидерство США в создании «чистых энергетических технологий». В новой стратегии говорится, что «страна, которая возглавит мир в создании экономики, основанной на чистой энергетике, получит значительные преимущества».

Кроме того, в документе подчеркивается необходимость сохранить американское преимущество в космических исследованиях и инвестировать в создание нового поколения космических технологий.

В стратегии довольно много говорится об обеспечении безопасности киберпространства. При этом отмечается, что информационные технологии обеспечивают военное превосходство США, но делают американскую гражданскую экономику чрезвычайно уязвимой. В этой связи предлагается ликвидировать «цифровую безграмотность» и активизировать государственно-частное партнерство.

Роль военного фактора. Администрация Обамы, как известно, продолжает наращивать военный бюджет. Однако в документе предлагается сократить «ненужные расходы». При этом отмечается, что это имеет особое значение для Пентагона, на долю которого приходится 70% всех федеральных закупок. Но пока о сокращении военных расходов речь не идет, хотя дается обещание «сократить или реструктурировать устаревшие, дублирующие, неэффективные и ненужные программы».

В документе провозглашается, что США намерены сохранять военное превосходства и способность «возобладать» над любыми потенциальными противниками. В то же время фактически дезавуируется так называемая доктрина Буша, предусматривавшая ведение Соединенными Штатами превентивных войн «по выбору» Вашингтона.

«Когда использованы все другие методы, применение силы иногда становится необходимым. До вступления в войну мы тщательно взвесим стоимость и риски действия и бездействия…. Мы будем стремиться к получению широкой международной поддержки, взаимодействуя с такими институтами, как НАТО и Совет Безопасности ООН. США сохраняют право на односторонние действия, если необходимо защитить нашу страну и наши интересы, но мы будем стремиться придерживаться норм, регулирующих применение силы», – говорится в новой стратегии. Таким образом, в новой стратегии ослаблен, но не снят полностью тезис о праве Вашингтона на односторонние военно-силовые действия.

Поэтому «Стратегия национальной безопасности» всячески подчеркивает, что США намерены сохранять подавляющее «военное превосходство в обычных вооружениях» (превосходство в ядерных вооружениях не упоминается) и будут оставаться единственной державой, способной применять военную силу по всему миру. Надо отметить, что это – неоспоримый факт, поскольку Пентагон тратит более половины всех мировых военных расходов и сохраняет глобальную сеть военных баз.

Вместе с тем новая стратегия отказывается от бушевского тезиса о «глобальной войне против терроризма». Вместо этого ставится гораздо более узкая задача – борьба против «Аль-Каиды» и сети ее союзников. В документе отмечается, что террор – это не противник, а «тактика» вооруженного насилия, который используется американским противником. Подчеркивается также, что США не ведут войну против ислама как религии. Основное внимание в борьбе с террористами уделяется Афганистану и Пакистану, которые объявлены «эпицентром насильственного экстремизма».

Однако в то же время фиксируется цель ядерного разоружения, хотя заявляется, что «эта цель не будет достигнута во время пребывания у власти нынешней администрации». Кроме того, подчеркивается значение нового Договора СНВ с Россией. Но самой главной угрозой американскому народу объявляется «террористическая атака с использованием ядерного оружия».

В новой стратегии делается упор на укрепление режима нераспространения, объявляется намерение «повернуть вспять распространение ядерного оружия». При этом главное внимание уделяется Ирану и Северной Корее. Этим государствам предлагается сделать выбор: либо играть по правилам, либо столкнуться с последствиями.

Стратегия национальной безопасности отмечает, что в сфере противоракетной обороны упор сделан на развитие «адаптивной» региональной ПРО. Тем самым подтверждается решение о замораживании и прекращении всех программ стратегической ПРО.



Права человека. Тема защиты демократии и прав человека, как всегда, присутствует в «Стратегии национальной безопасности». Но здесь есть ряд отличий от подхода администрации Буша-младшего. Стратегия, принятая в 2002 году, провозглашала, что победа в холодной войне продемонстрировала, что есть один путь развития человечества – «американский путь». Документ Обамы демонстрирует более самокритичный подход.

Во-первых, отмечается, что Вашингтон сам должен на деле защищать права человека у себя дома. То есть признается, что ситуация с правами человека в США не идеальна и надо исправлять «прошлую несправедливость» и имеющиеся «недостатки». В этом контексте, например, упоминаются «зверские методы допросов, которые изолируют США от мира».

Во-вторых, впервые отмечается важное значение экономических прав и свобод, избавление от бедности. Стратегия повторяет формулировку Франклина Рузвельта – «свобода от нужды», без которой не могут процветать «базисные права человека».

В-третьих, утверждается, что США не будут навязывать свою модель демократии, а опираться на «силу примера» и вести диалог по вопросам прав человека даже с «недемократическими режимами».



США в полицентрической системе международных отношений. Вместе с тем в документе провозглашается приоритет коллективных действий мирового сообщества в рамках международного права, подчеркивается необходимость укрепления международных институтов. При этом декларируется признание прав и обязанностей всех государств.

Особое внимание уделяется взаимодействию с американскими союзниками – странами НАТО (особенно с Великобританией, Францией, Германией), а также Японией, Южной Кореей, Австралией и др. Стоит отметить, что в документе вообще не упоминается расширение Североатлантического альянса и придание НАТО глобальных функций.

Однако в стратегии Обамы признается, что в мире растет число новых «центров влияния», с которыми США необходимо взаимодействовать. Список этих центров повторяется в тексте несколько раз и включает Китай, Индию и Россию (порядок все время остается неизменным, что небезынтересно). Кроме того, упоминаются региональные «центры влияния». Среди них – Бразилия, Индонезия, Южная Африка, Саудовская Аравия, Нигерия, Кения.

Новая стратегия отмечает «диффузию экономической мощи в мире». Показательно, что для решения глобальных финансово-экономических проблем администрация Обамы намерена «перенести фокус» с «большой восьмерки» на «большую двадцатку», куда входят почти все новые «центры влияния».

Термин «многополярный мир» в новой «Стратегии национальной безопасности» не используется. Но примечательно, что государственный секретарь Хиллари Клинтон в 2010 г. заявила, что «необходимо превратить многополярный мир в многопартнерский мир». Это значит, что Вашингтон переходит от стратегии «единственной сверхдержавы» в однополярном мире к стратегии обеспечения лидерства США в полицентрической системе международных отношений.

К числу глобальных вызовов, с которыми предлагается бороться коллективными усилиями, относятся: изменения климата; пандемии; транснациональная преступность и т.п.

Особый интерес вызывает оценка отношений США с «новыми центрами влияния», с которыми администрация Обамы намерена развивать «партнерство».


Подход к Китаю характеризуется, с одной стороны, призывом к Пекину взять на себя часть ответственности за поддержание стабильности мировой финансовой и экономической системы, «сотрудничая с США».

С другой стороны, отмечается наличие проблем, например, в сфере прав человека или в связи с модернизацией китайских вооруженных сил.

Иным является подход к Индии. Здесь подчеркивается общность ценностей и интересов «двух самых больших демократий в мире». В новой стратегии обходится вопрос о ядерном оружии Индии и необходимости присоединения этой страны к ДНЯО. Из этого следует, что американо-индийское сотрудничество рассматривается как способ сдерживания растущей мощи Китая.

Что касается России, то признается, что она «вернулась на международную арену и говорит сильным голосом». Главный упор в американо-российских отношениях делается на сокращения ядерных арсеналов и укрепление режима нераспространения. Провозглашается, что США намерены «строить стабильные, существенные, многомерные отношения с Россией, основанные на общих интересах». В частности, отмечается необходимость развития «партнерства для борьбы с насильственным экстремизмом, особенно в Афганистане». Заявляется о «поддержке новых торговых и инвестиционных соглашений».

Вместе с тем в тексте документа содержатся неоднозначные положения. Утверждается, что администрация Обамы «поддерживает усилия в России, чтобы развивать правление закона, подотчетное правительство и универсальные ценности». То есть намекается, что Россия не вполне соответствует критериям демократического государства. Кроме того, в «Стратегии национальной безопасности» говорится: «Активно добиваясь сотрудничества с Россией, чтобы она действовала как надежный партнер в Европе и Азии, мы будем поддерживать суверенитет и территориальную целостность соседей России». Таким образом, открывается перспектива американо-российского партнерства, но оно обусловливается поведением Москвы на постсоветском пространстве. Подтверждается, что США не намерены признавать независимость Абхазии и Южной Осетии.

В заключении «Стратегии национальной безопасности» говорится о необходимости тесного сотрудничества исполнительной и законодательной ветвей власти, а также необходимости двухпартийного сотрудничества в этой сфере.



Стратегическая концепция НАТО. Анализ документов по национальной безопасности, изданных в странах НАТО, свидетельствует, что все они разработаны с учетом коалиционной стратегии и, по сути, следуют установкам американского военно-политического руководства.

В «Стратегической концепции НАТО» отмечается, что современная обстановка в мире характеризуется неопределенностью и угрозами интересам альянса, связанными с распространением ОМП, усилением международного терроризма, нарушением потоков жизненно важных ресурсов и другими негативными факторами. В вероятной войне ОВС НАТО будут действовать как в зоне ответственности альянса, так и за ее пределами. В целом, коалиционная стратегия НАТО, несмотря на произошедшие геополитические изменения, сохраняет свою экспансионистскую сущность и направлена на защиту и продвижение интересов Запада с использованием силовых методов.

Руководство НАТО, проводя политику с позиции силы, не скрывает свое стремление контролировать «политическое состояние мирового сообщества, военно-стратегическую обстановку, а также запасы и распределение ресурсов на глобальном уровне». Для этого перед НАТО стоит задача закрепиться в регионах существующих и перспективных месторождений энергоресурсов и путей их транспортировки. Страны, входящие в НАТО, вносят изменения в свои национальные стратегии с тем, чтобы они соответствовали общей стратегии блока. Показательны в этом отношении концептуальные документы главных европейских членов альянса — Великобритании, Франции и ФРГ.

Белая книга о национальной безопасности и обороне Великобритании. Анализ официальных документов, в которых декларируются современные подходы Лондона к обеспечению национальной безопасности, свидетельствует, что в своей внешнеполитической деятельности Великобритания опирается на постоянное укрепление своих позиций в НАТО на основе особых партнерских отношений с США, активно участвует в формировании европейской политики в области обороны и безопасности и создании общеевропейского механизма разрешения конфликтов и кризисных ситуаций, в том числе, возникающих в удаленных от Европы регионах.

Во внешней и оборонной политике Великобритании упор делается на борьбу с международным терроризмом и распространением ОМП, а также нейтрализацию транснациональных угроз, исходящих с территории так называемых «проблемных» государств.

Великобритания активнее других стран НАТО поддерживает все мероприятия американской администрации в этом направлении и активно реформирует свои вооруженные силы с учетом изменения их задач.

Во внутриполитической деятельности основными приоритетами военно-политического руководства Великобритании являются ужесточение национального законодательства в сфере борьбы с международным терроризмом, усиление финансового контроля над организациями, подозреваемыми в причастности к террористической деятельности.



Концепция применения ВС Франции. Во Франции официальные подходы к обеспечению национальной безопасности напрямую зависят от складывающейся обстановки и тесно связаны с конкретной официальной линией французского президента.

Среди основных приоритетов стратегии национальной безопасности Франции следует отметить: утверждение собственного независимого статуса за счет обладания ядерным потенциалом и значительной военной мощью; участие в формировании политики НАТО; дальнейшее укрепление ЕС через валютный союз (евро) и франко- германское взаимодействие.

Бывший президент Франции Н.Саркози в качестве важнейшего внешнеполитического приоритета также определил укрепление двусторонних отношений с США.

Белая книга о национальной безопасности и обороне ФРГ. В Германии понимание проблем национальной безопасности тесно увязывается с необходимостью изменения задач и предназначения бундесвера. Согласно официальной позиции военно-политического руководства ФРГ, угрозы и риски современной Германии приобретают комплексный характер и могут возникнуть в любое время в любой точке мира. При этом руководство ФРГ считает, что «ни одно государство в современных условиях не может собственными силами обеспечить для себя мир, безопасность и благополучие». Исходя из этого, стратегия национальной безопасности ФРГ предусматривает тесное взаимодействие по вопросам международной и национальной безопасности с союзниками и партнерами, использование комплексного подхода к обеспечению всех аспектов безопасности (внутренних и внешних, политических, экономических, экологических, социальных и др.), а также реализацию принципа превентивности, предполагающего раннее выявление кризисов и заблаговременное предотвращение их опасных последствий.

Важным является также содержащееся в военно-доктринальных документах ФРГ положение о стирании границ между внутренней и внешней безопасностью.

В целом, руководство Германии рассматривает вооруженные силы как универсальный инструмент государственной политики, направленной на гарантированное обеспечение безопасности граждан и предназначенной для парирования любых угроз, с какими только может столкнуться страна уже в ближайшем будущем.

Концепция национальной безопасности КНР. Китай за последние десятилетия существенно активизировал свою внешнеполитическую и военную деятельность. Непрерывно и динамично растет военный бюджет страны, а Народно-освободительная армия Китая преобразуется в вооруженные силы, отвечающие всем современным требованиям.

Положения концепции национальной безопасности КНР излагаются в таких программных документах, как решения съездов коммунистической партии, постановления пленумов и Центральной военной комиссии ЦК КПК, а также в документах Центрального военного совета и Государственного совета КНР. Широкой общественности (в т.ч. и международной) основные моменты по этой теме в их открытой официальной трактовке представляются в Белой книге «Национальная оборона Китайской Народной Республики», которая регулярно публикуется пресс-канцелярией Госсовета КНР.

Основным принципом китайской стратегии национальной безопасности является опора на собственные силы, что трактуется как «использование всех имеющихся у государства возможностей для защиты национальных интересов, проведение независимой внешней политики, неучастие в военно-политических блоках и отказ от вступления в союз с великими державами, а также противодействие гегемонизму США».

По мнению китайского руководства, национальная безопасность напрямую зависит от мощи государства. Главными ее компонентами считаются экономика, наука и техника, внутриполитическая стабильность и военная мощь. При этом доминирующим фактором в настоящее время является экономический потенциал государства.

В качестве главного условия и основы успешного экономического развития называется «создание мирного окружения» (военно-политический аспект безопасности) и «экономическая интеграция с соседями по региону» (экономический аспект).

Одной из важных задач в области обеспечения национальной безопасности, как заявляют китайские руководители, является «предотвращение локальной войны в регионе». Главным средством этого, считают они, являются вооруженные силы, которые должны «повышать свою маневренность, огневую мощь и гибкость системы управления, а также добиваться более полного использования научных достижений в своей деятельности».



Концепция национальной безопасности Японии. Японский пример реализации концепции национальной безопасности представляет интерес по ряду соображений - лидерам государства на протяжении длительного исторического периода удалось не только предотвратить территориальную раздробленность государства, его колонизацию, но, и напротив, успешно решить проблемы укрепления национальной безопасности.

Опыт Японии с древних времен до конца XX века демонстрирует поразительную способность этого государства к использованию для защиты национальной безопасности не только универсальных, но и поистине уникальных и эффективных методов защиты государственных интересов, адекватных внешним и внутренним угрозам.

Япония в своей истории успешно преодолела несколько кризисных порогов. В древние и средние века слабая центральная власть противостояла постоянной угрозе со стороны сепаратистки настроенных местных кланов. В XIX веке её национальной независимости и суверенитету угрожали США и европейские державы, пытающиеся насильственным образом сделать Японию своим сателлитом.

В 20-30 годах XX века США организовали «стратегическое сдерживание» Японии в Азиатско-тихоокеанском регионе в экономической и военной областях.

В середине 40-х годов XX века Япония с помощью продуманной и адекватной концепции национальной безопасности смогла противостоять целенаправленному разрушению экономического, технического и идеологического потенциала нации со стороны США, попыток сбросить её со счетов как великую мировую державу, перевести в разряд аутсайдеров.

В 60-70 годах, то есть в период быстрого экономического роста Японии и превращения её во вторую державу мира, японская концепция национальной безопасности помогла японцам противостоять жесткой конкуренции США и стран ЕЭС в борьбе за рынки сбыта, источники сырья и энергоресурсов.

Наконец, после окончания «холодной войны» в 90-х годах японская концепция обеспечения национальной безопасности столкнулась с необходимостью предотвращения негативных последствий распространения ядерного оружия на азиатском континенте, обострением внутренних проблем и нарастания негативных последствий ряда международных событий.

Другими словами, правящие круги Японии традиционно серьезно рассматривали государственную безопасность как важнейшую комплексную задачу своей политики и использовали для её защиты все известные и доступные методы экономического, политического, дипломатического, правового, идеологического и военного свойства. Подбор средств и методов был адекватен как специфике исторической эпохи, так и особенностям международной конкурентной борьбы великих держав.

Впервые серьезные споры по поводу того, что есть национальные интересы и национальная безопасность Японии, и относительно способов их защиты, возникли в начале 80-х годов, когда перед теоретиками и политиками возникла задача определения категории «национальная безопасность». Они возникли под влиянием необходимости определения роли Японии в мире. До этого попытки определения категории национальной безопасности практически не предпринимались, и соответственно, все концепции по обеспечению национальной безопасности носили скорее прикладной характер (нацеленный на решение определенных стратегических задач определенного исторического периода). Поэтому в 80-х годах японские ученые-теоретики и практики попытались подвести соответствующую теоретическую базу под прикладной характер концепции обеспечения национальной безопасности.

Так, Ё. Нагаи считал, что «национальная безопасность в узком смысле означает умение избегать критические ситуации, требующие жертв основных ценностей, связанных с существованием государства». Но поскольку в реальной политике все основные ценности сохранить невозможно, «проблема обеспечения безопасности, в конечном счете, сводится к выбору средств, позволяющих достигать высшие ценности, жертвуя низшими».

Другие международники, не удовлетворенные столь размытым определением безопасности, пытались придать ему более конкретное содержание. Так, С. Кумон указывал на то, что целью обеспечения безопасности является нейтрализация негативного воздействия внешней среды на государство, которая непременно представляет угрозу безопасности. Эти определения являются характерными для традиционного мышления японцев.

В «западном» стиле определение безопасности наиболее четко сформулировал Т. Иногути: «Под безопасностью государства понимают наличие возможностей для свободы действий в достижении целей, которые государству категорически необходимо защищать в случае существования скрытой или реальной, главным образом, внешней и во вторую очередь внутренней угрозы».

Формально определение Иногути совпадает с определением понятия безопасности данным группой ученых из Японского центра по развитию комплексных исследований. Они исходили из того, что в широком смысле термин «обеспечение национальной безопасности» означает «усилия государства, охватывающие широкую область международных отношений: экономических, военных и других сфер деятельности, направленных на обеспечение безопасности от возможных внешних угроз».

В итоге, в результате коллективного творчества научно-исследовательских институтов Японии в 80-х годах на свет появилась доктрина «комплексного обеспечения национальной безопасности» (КОНБ), которая должна была обосновать, с одной стороны, многокомпонентность средств достижения национальной безопасности (отход от классического варианта национальной безопасности), и с другой - увязать национальную безопасность Японии со всем «западным миром».

Доктрина комплексного обеспечения национальной безопасности (КОНБ) в 80-х годах состояла из 3 частей.

На первый план была вынесена политическая безопасность. Её спецификой в то время было не только объединение усилий стратегического треугольника (США - Европа - Япония), но и желание сформулировать другой стратегический треугольник регионального масштаба (США - Япония - Китай). Причиной стала антисоветская и пропекинская политика США.

Второй компонент - экономический - строился на рассуждениях о необходимости решения противоречий по линии Запад-Восток, с одной стороны, и Север - Юг, с другой.

Третий компонент - военный, в котором нашло отражение стремление тогдашнего руководства Японии улучшить военные связи с США, остальными членами НАТО и собственные вооруженные силы.

Указанная доктрина КОНБ развалилась вместе с крахом СССР и биполярного мира, поскольку главный противник был повержен. Но это не повлекло за собой абсолютного улучшения геостратегической ситуации вокруг Японии. И поэтому вновь, как и вначале 80-х годов, в 90-е годы ученые-международники обратились к категориям национальных интересов и безопасности, от определения которых зависело направление современного развития Японии.

Развернутый анализ этих проблем нашел свое отражение в теоретической монографии К. Ито «Государство и стратегия», в которой он четко оговаривает недостаточность формулировки безопасности как защиты территориальной целостности. К. Ито делает упор на защиту государства как целостной системы. Другими словами он отстаивает точку зрения о том, что национальная безопасность должна защищать не только территорию, но и идеологию и культуру государства. В целях защиты национальной безопасности он призывает использовать как военные, так и невоенные методы и средства.

При этом необходимо подчеркнуть следующее. Первоначально, в концепции национальной безопасности Японии 80-х годов, указывалось, что в достижении указанных приоритетов национальной безопасности Япония будет стремиться к использованию несиловых методов. Тем не менее, декларация миролюбивого характера Японии в обеспечении своей национальной безопасности не помешала ей войти в начале 90-х в шестерку наиболее военизированных держав мира (3 место после США и России). Таким образом, Япония, несмотря на отсутствие в её прошлой и сегодняшней концепциях национальной безопасности намека на военное превосходство и потенциальный экспансионизм, как на средства защиты и достижения национальных интересов, она, тем не менее, сформировала достаточно эффективное средство по обеспечению своей национальной безопасности и своих национальных интересов. В 90-х годах это обстоятельство непосредственно повлекло за собой отказ от пацифистских взглядов в понимании национальных интересов и методах обеспечения национальной безопасности государства.

Кроме того, в концепции национальной безопасности Японии 90-х годов отсутствует, несмотря на столь возросший потенциал государства, стремление к глобальной роли Японии в мире, исключающее США, которое прослеживалось в концепции 80-х годов. Причиной, видимо, стала всёподавляющая гегемония США в мире, тягаться с которой Япония не в состоянии. В конечном итоге, принцип национальной безопасности Японии, нацеленный на обеспечение её политической, экономической и военной безопасности в регионе и мире стал базироваться на стремлении к совместному с США глобальному и региональному гегемонизму.

На основании этого можно сделать следующий вывод - после долгих лет кропотливой работы США - весь словарь американской доктрины национальных интересов и национальной безопасности был прилежно усвоен и адаптирован к текущей ситуации правящей элитой Японии. Но при этом, если в начале 80-х годов внешнеполитическая практика Японии обеспечивалась доктриной КОНБ, то в 90-е годы ничего подобного создано не было. Поэтому концепция обеспечения национальной безопасности Японии, хотя и базировалась на идеях национальных интересов и учете угроз, однако не была теоретически структурирована в форме официальной доктрины страны и поэтому в значительной степени носила ситуативный характер, отражающей представления определенной группы правящих кругов, чей лидер оказывался на посту премьер-министра. Иными словами, общей платформы, отражавшей необходимый консенсус всех частей правящего класса на этот раз не было.

Тем не менее, несмотря на то, что как таковая концепция национальной безопасности Японии отсутствовала, точнее её структурный характер, нельзя сказать, что абсолютно отсутствовало четкое осознание сложившейся политико-экономической ситуации в стране и во внешнем окружении, декларирование стратегических интересов государства и осознание существующих угроз им, определение мер по нейтрализации угроз и защите интересов.

Действительно, все прежние угрозы сохранились, к ним начали добавляться новые. Иерархия угроз национальной безопасности Японии в 90-х выстраивалась в следующей последовательности: Россия, «корейский узел», Китай, Юго-Восточная Азия (территориальные споры в Южно-Китайском море). Основными же национальными интересами Японии были названы следующие — гарантия мира и безопасности, упрочение демократии, эффективное функционирование рыночной экономики в стране, установление стабильных международных отношений со странами мирового сообщества, защита окружающей среды, в которой обеспечиваются гуманитарные стандарты жизни.

Всякий раз в своей истории японцы, адекватно реагируя на появляющиеся угрозы своей безопасности удивляли мировое сообщество использованием для этих целей может быть экстравагантных, но в высшей степени эффективных подходов к решению задач по защите национальных интересов, умением отстаивать свою независимость и государственность, как от внешних, так и от внутренних посягательств — начиная с искусного маневрирования на дипломатическом поле и использования научно-технического и промышленного потенциала до активных силовых акций.

Причем, что интересно, концепция национальной безопасности Японии практически не акцентирует внимания на разработке мер по обеспечению внутренней стабильности государства, как одного из факторов поддержания национальной безопасности. Это объясняется тем, что обеспечение социальной стабильности и достижение общественного консенсуса по основным вопросам внутренней и внешней политики государства зависит от исторически крепкого внедрения в общественное сознание общенациональной идеи о взаимной ответственности государства и общества. Суть этого «общественного договора» заключается в перепоручению обществом государству функций по обеспечению национальной безопасности в обмен на полную лояльность граждан по отношению к государству и проводимой им внутренней и внешней политики.

Чувство защищенности каждого японца, будучи важнейшим элементом поддержания внутриполитической стабильности, обеспечивает высокий уровень мобилизационной готовности общества для решения кризисных ситуаций. Вот почему общество развивается относительно спокойно, без серьезных внутренних катаклизмов, предопределяя успех нации в государственном, экономическом и военном строительстве.

Политика властей по поддержанию должного уровня национальной безопасности государства обеспечивается на основе приверженности следующим основополагающим принципам. Во-первых, отдается приоритет созданию благоприятных внутренних и внешних условий для самосохранения нации, ее стабильного и независимого развития, для защиты территориальной целостности страны и суверенитета, укрепления национального духа и идеологии. Во-вторых, японская концепция обеспечения национальной безопасности никогда не ограничивалась только военным строительством и укреплением обороноспособности, хотя и считает это важнейшей задачей.

Такой подход к обеспечению национальной безопасности выработался не сразу, а в течение длительного времени, на основе проб и ошибок. До поражения страны во второй мировой войне японцы полагали, что подлинная безопасность государства обеспечивается лишь наличием подконтрольных территорий, свободным пользованием их ресурсами в национальных интересах, а дружественные отношения со странами по всему периметру государственных границ вовсе не обязательны. Но с обретением международного и исторического опыта государственные деятели Японии поняли, что с соседями и мировым сообществом в целом надо иметь, по возможности, дружественные отношения.

Таким образом, в целом, исследование концептуальных документов ведущих зарубежных стран, освещающих взгляды их руководства на проблему обеспечения национальной безопасности, свидетельствует о том, что истинные цели государств в них, как правило, завуалированы и прикрыты высокопарной риторикой, а декларируемые положения зачастую не соответствуют практическим действиям на международной арене. Тем не менее, концептуальные политические документы, к важнейшим из которых, безусловно, относится стратегия национальной безопасности или равнозначный ей по своим функциям документ, занимают особое место и играют важную роль системе обеспечения национальной безопасности и в процессе принятия ключевых решений любой страны.

При подготовке материалов использовалась следующая литература:

Общая теория национальной безопасности: учебник / Под общ. ред. А.А. Прохожева. М.: Изд-во РАГС, 2005.



Баранов Н.А. Проблемы национальной безопасности и контроля над вооружениями: курс лекций. URL: http://nicbar.ru/naz_bez.htm.



скачать


Смотрите также:
Безопасности Семинар №8 Тема занятия: Современные зарубежные концепции национальной безопасности и динамика их изменений Учебные вопросы
303.51kb.
Семинар №12 Тема занятия: Стратегия национальной безопасности
200.61kb.
Тема № Система национальной безопасности Учебные вопросы
366.13kb.
Семинар №5 Тема занятия: Современные цивилизационные теории Учебные вопросы. Западные теории цивилизации
260.87kb.
Семинар №14 Тема занятия: Социальная безопасность России Учебные вопросы
307.68kb.
Лекция № Тема Россия в современном мире 2 часа. Россия мировая держава и объект национальной безопасности
85.49kb.
Лекция №9-2008. О разработке концепции информационной безопасности федерального органа государственной власти 9 апреля
433.11kb.
По обучению обучающихся и воспитанников правилам пожарной безопасности направление «Изучение пожарной безопасности с воспитанниками и учащимися образовательного учреждения»
1295.1kb.
Программа духовно-нравственного воспитания
682.87kb.
Программа духовно-нравственного воспитания
714.51kb.
Справочные материалы к семинарским (практическим) занятиям Тема № Политика обеспечения национальной безопасности
319.99kb.
Концепция безопасности образовательного пространства
134.33kb.