Главная стр 1
Духовное измерение Руси

В отечественной исторической науке возникла странная ситуация. России отводится место между Западной циви­лизацией и цивилизациями Востока. Парадокс заключается в том, что о Западной и Восточных цивилизациях мы знаем больше, чем о своей собственной, находящейся между Западом и Востоком. Историки договариваются до того, что такая цивилизация не существует и существовать не может. «Остаётся только» определить, куда отнести Россию: к Западу или к Востоку. Вот только Россия не вписывается ни в одну из предлагаемых схем. Ни наша, ни европейская историческая наука оказывается не в силах понять феномен России.

Историки отличаются от поэтов тем, что работают с конкретным историческим материалом. Но что делать, если этот материал полностью отсутствует? Ответ может быть только один: искать. Не может уникальная русская цивилизация, отличающаяся от остальных самым совершенным в мире русским языком, возникнуть из ничего, или смешением самого различного этнического материала. Здравый смысл подсказывает непредубеждённому исследователю, что древние следы цивилизации, имеющей уникальный язык, обязательно должны быть, так что остаётся выяснить, как и почему они исчезли. К счастью, в последнее время выясняется, что исчезли они не бесследно. Просто европейские историки и их последователи в России не захотели, т.е. не были заинтересованы искать эти затерянные и затоптанные следы. И лишь в наши дни находится всё больше энтузиастов, открывающих исторические свидетельства о Русской цивилизации как о древнейшей цивилизации в мире. Но ищут они эти следы там, где до них никто не искал. Историки обычно ищут «там, где светло», т.е. где уже что-то найдено, но мало кто ищет в темноте веков, куда ещё не проникал «свет исторической науки».

Впрочем, некоторые исторические источники давно известны, но им не придавали значения либо истолковывали превратно. Например – русские былины и сказки, отражающие те или иные фрагменты исторической действительности. Один из самых ярких примеров – витязь на распутье. Этот образ присутствует во многих сказках и былинах русского народа. Содержание этой былины, казалось бы, незамысловатое. Едет русский витязь на коне. Подъезжает к распутью, где дорога расходится на три стороны. На распутье камень, а на нём написано: налево поедешь – коня потеряешь, направо поедешь – жизнь потеряешь, прямо поедешь – живой останешься, но себя забудешь. Прочитал витязь эту надпись и призадумался: действительно, куда ехать? А ехать надо. Русский витязь не привык стоять на месте или поворачивать назад.

К сожалению, исторически сохранился сюжет былины или сказки, но не сокровенный её смысл. Он, разумеется, остался, но уже не воспринимается сознанием современного человека, оторванного от своих исторических корней. Даже старинные слова «сказка» и «былина» понимаются нами с позиций «цивилизованного человека», а именно как пустой вымысел, мало соответствующий действительности. Подлинное значение слова «сказка» – сказание о действительном событии, а слова «былина» – то, что было на самом деле. Другое дело, что это сказание и эта быль чаще всего выражены в символической форме, естественной для православного ведического сознания, но воспринимаемой большинством из нас как нечто фантастическое.

Витязь на распутье – это символ, отображающий исторический путь Руси-России. Можно рассматривать этот символ и как предсказание народа о собственной судьбе. Достаточно вспомнить слова Н. В. Гоголя: «Зачем ни Франция, ни Англия, ни Германия не заражены этим поветрием и не пророчествуют о себе, а пророчествует только одна Россия? Затем, что она сильнее других слышит Божию руку на всём, что ни сбывается с ней, и чует приближение иного Царствия».1 Гоголь говорил это о православной России, но православной Россия была и до принятия христианства, в так называемые «былинные времена» и ещё раньше. Россия-Русь – богоносная страна, всегда слышащая руку Божию на собственной судьбе. Судьба в старорусском языке – кон. Поставить на кон – испытать судьбу. Кон – конец, предел, гибель, смерть. Спокон веков – согласно предначертанной судьбе, берущей начало в далёком прошлом и определяющей будущее. Конь в этом смысле – олицетворение судьбы. Воин без коня – уже не воин, ибо становится лёгкой добычей неприятеля. Крестьянин без коня – уже не крестьянин, ибо вынужден бросить дом и сельский труд и уйти в город в поисках лучшей доли, чужой судьбы. Коня потеряешь – пойдёшь против собственной судьбы, т.е. против самого себя и своего народа, с которым связан спокон веков (единой судьбой) через своих предков. Верный конь – судьба, дарованная Богом. Судьба в образе коня отражена в творчестве А. С. Пушкина. В стихотворении «Песнь о вещем Олеге» кудесник говорит Олегу: «Но примешь ты смерть от коня своего».2 Это значит на языке волхвов: от судьбы не уйдёшь. Олег попытался изменить судьбу (поменять коня), но из этого ничего не вышло. Эта тема продолжена в поэме «Медный всадник». «Куда ты скачешь, гордый конь, И где опустишь ты копыта? О мощный властелин судьбы! Не так ли ты над самой бездной, На высоте, уздой железной Россию поднял на дыбы?».3 Пётр I чувствовал себя властелином судьбы, не только своей собственной, но и судьбы России. Тем самым он поставил себя выше Бога. Отсюда – великие страдания русского народа и преждевременная смерть самого Петра. «Взнузданный конь» просто сбросил седока. Пётр пытался «пришпорить судьбу», чтобы «догнать и перегнать» процветающую Европу. А в результате мы как отставали от цивилизованной Европы, по оценкам историков, на двести лет, так и отстаём до сих пор. Ничего Пётр не ускорил, но, не имея опоры в православном народе, породил «бюрократического монстра», чтобы опираться на него. И этот неуправляемый монстр «пожрал российскую монархию» и чуть не погубил Россию. Россия, после нескольких кровавых революций, так и не смогла от этого монстра избавиться.

Пётр I пошёл налево, через социальную революцию, осуществлённую сверху. А если пойти направо? «Пойдёшь направо – жизнь потеряешь». С точки зрения православия, жизнь и душа – синонимы. Как душа есть жизнь тела, так и жизнь души есть Дух Божий. Без Духа Божия душа мертва. Тело остаётся по видимости живым, но подлинной жизни, жизни в духе в нём нет. Эта православная истина была известна древнему русскому витязю, и потому он направо не пошёл, впрочем, как и налево. Он не боялся смерти, ибо смерти нет, а смерть души – это утрата связи с Богом. Мёртвая душа – это душа, обрекающая себя на вечные мучения. Он боялся потерять Бога.

Русский витязь мог пойти только прямо, не сворачивая с избранного пути, не меняя свою судьбу, предначертанную Богом. Но что значит: «живой останешься, но себя забудешь»? Главное в этих словах – живой останешься, т.е. сохранишь связь с Богом. Забыв себя, не забудешь Бога. Себя забудешь под влиянием внешнего мира, куда придёшь, чтобы спасти этот гибнущий мир. О собственном спасении будет некогда вспоминать, но это спасение придёт от духовных подвигов, свойственных русскому витязю. Через спасение Руси мир спасётся. Тот самый «цивилизованный мир», который всегда старался уничтожить Святую Русь, чтобы не мешала грабить другие народы. Такова предначертанная судьба русского витязя, а значит и России.

Теперь обратимся к другому историческому сюжету, отражённому в русских летописях, а именно к «выбору веры» великим князем киевским Владимиром. Как и витязь на распутье, Владимир оказался перед выбором: какую веру принять. Если верить «Повести временных лет», где впервые говорится о выборе веры Владимиром, у русских до этого не было истинной веры, а было грубое язычество. К подобному утверждению нельзя относиться с доверием, поскольку оно отражает не русскую, а византийскую точку зрения. Это имеет косвенное подтверждение в самой «Повести…», где мимоходом отмечено, хотя и по другому поводу: «Так говорили греки, обманывая русских, ибо греки лживы и до наших дней».4 Следует заметить, что «Повесть…» называют летописью по недоразумению, либо из идеологических соображений. На самом деле это литературный памятник, в котором записаны легенды, разбавленные одиночными летописными вкраплениями, отредактированными апологетами византизма в противовес «русской точке зрения». Апологетика, как известно, несовместима с историзмом. Антиисторизм «Повести временных» лет давно замечен. Например: «На мой взгляд, «Повесть» вообще не следовало бы рассматривать в качестве исторического источника… «Повесть» была, есть и, по-видимому, навсегда останется едва ли не единственным источником хоть каких-то сведений о начале Киевской Руси. В этом её значимость. Но безоглядно верить этим сведениям, увы, нельзя. В этом её коварство».5

Вполне естественно, что эпизод выбора веры Владимиром дан здесь искажённо. Неправильно считать крещение Руси внутренним делом, не касающимся остального мира. Крещение Руси было необходимо не столько для самих русских княжеств, сколько для всего мира, ибо объединяло византийское и русское православие в целостную систему, противостоящую европейскому псевдохристианству, с помощью которого сатана вознамерился погубить человечество, а не только души отдельных грешников. Именно России суждено было спасти мир, повторив искупительный подвиг Иисуса Христа. Но это – в будущем, пока же нужно было «войти в Европу», как вошёл Христос в Европу через Новозаветную Церковь. Новый Завет не спасает мир, а лишь готовит мир к будущему спасению. Спасён мир будет через Вечный Завет, заключённый Богом со Святой Русью, к которой постепенно присоединятся другие народы и государства.

Не выдерживает критики утверждение, будто именно Византия приобщила варварскую и языческую Русь к христианству. Во-первых, Русь времён князя Владимира была не варварским, а высоко цивилизованным государством, оказывающим немалую помощь той же Византии, прежде всего военную. Во-вторых, религия Руси не была языческой, но была православной, имеющей форму ведизма, близкого христианству. Русский ведизм и византийское православие можно назвать родными сёстрами, видящего в Господе общего отца. И, наконец, в-третьих: Крещение Руси произошло совсем не так, как того хотела Византия, т.е. не по сценарию византийских императоров, а по замыслу киевского великого князя Владимира. Владимир понимал, что византийское православие уже не способно себя защитить. Поэтому единственной опорой и защитой православия остаётся Святая Русь. Принимая христианство, или, точнее, – придавая исконному русскому православию форму христианства, Русь, по замыслу Владимира, претендует на главенство во всём христианском мире.

Господь повелел дохристианской Святой Руси войти в семью европейских народов, чтобы удержать их от сползания в псевдохристианство, враждебное апостольскому духу, т.е. духу Христа. Выбор способа вхождения остался за Русью. Это и осталось в истории как «выбор веры». Владимиру пришлось выбирать между тремя вариантами веры в Единого Бога: иудаизмом, православием и католицизмом. Ислам в этот перечень не входил и не мог входить, поскольку не являлся европейской религией. Составители «Повести…», включив магометанство в «список соискателей», сделали это лишь для того, чтобы иметь лишний повод поквитаться с давними врагами Византии, какими являлись исламские государства. Выбор оказался таким же, как у витязя на распутье: пойдёшь налево – коня потеряешь; пойдёшь направо – потеряешь жизнь; пойдёшь прямо – жив будешь, но себя забудешь. Налево оказался иудаизм, изменивший своей судьбе, которая от Бога (потерявший коня), и потому утративший родину и рассеянный по земле. Для христианства тема иудаизма оставалась актуальной ввиду опасности ереси иудохристианства, т.е. возвращения к иудейской трактовке Бога. Направо оказалось католичество, изгнавшее Бога из жизни общества, т.е. потерявшее жизнь как связь с Богом. Это позднее отметил Достоевский в «Легенде о великом инквизиторе». С точки зрения православия католичество – ересь, существовавшая уже во времена Владимира. Владимир мог идти только прямо, через византийское православие, что он и сделал. Это – тот путь, который был предложен Богом. Вместе с тем истиной осталось предупреждение: жив будешь, но себя забудешь. Византийское православие, в отличие от истинно русского, ведического, оказалось коварным, направленным не только против очевидных врагов, но и против союзников, в том числе против древнего русского православия, объявленного язычеством.

Приняв христианство от Византии, Русь фактически заключила с Византийским православием союз защиты Бога от притязаний армии сатаны, захватившей почти весь мир. Точнее сказать – не заключила, а закрепила, поскольку этот союз давно был установлен. Русь давно выступала защитницей православной Византии. Об этом, в частности, говорит Олегов «щит на вратах Цареграда», символизирующий эту защиту. С принятием Русью христианства отношения между православными государствами из дружественных переросли в родственные. К сожалению, между родственниками, как и между друзьями, нередко случаются распри. Причиной распрей между двумя великими православными державами всегда было коварство Византии, не желающей отказаться от своих корыстных интересов. На союз с Русью Византия пошла только на условиях главенства в этом союзе. Владимир сопротивлялся этой тенденции, однако его преемники, среди которых оказалась и византийская царевна Софья Палеолог, полностью подчинили Русскую Церковь византизму, разрушив остатки древнерусского ведического православия. Осуществился парадокс, который был предсказан в древнем сюжете витязя на распутье: жив будешь, но себя забудешь. Русская цивилизация, самая древняя в мире, забыла своё прошлое и поверила в навязанный миф о том, что своим возникновением она обязана Византии. К сожалению, российские церковные иерархи до сих пор «открещиваются» от исконной самобытности русского православия, что не может не вызывать протест со стороны некоторых русских патриотов. Но этот вполне закономерный протест слишком часто принимает неадекватные и даже анекдотичные формы. Например: «Сегодня в официозной России все ворованное (заимствованное, благоприобретённое): элита – от варягов; вера – от евреев; управление – от византийцев и монголов… Поэтому в смутные времена, когда надоедает кривляться на чужой манер, в ней проступает воровское, простое и надежное».6

Подобные утверждения – клевета на великий русский народ. Неправда, будто в России нет ничего своего, включая веру. Не Европа дала России веру, но, наоборот, Россия дала европейскому миру истинную религию, т.е. православие, опирающееся на древнерусские корни. Во времена Владимира православие вернулось на русскую землю, но уже в искажённом виде. Византия меньше других пострадала от искажений, но всё-таки пострадала. Уже поэтому русское православие не может не отличаться от византийского, якобы заимствованного Русью. Нельзя забывать, что утрата исторической памяти ведёт к тяжёлым и даже трагическим последствиям. Большевики решили «вычеркнуть из истории» христианское прошлое России как «недостойное» цивилизованного общества. К сожалению, фактически то же самое пытается делать официальная Церковь по отношению к русскому ведизму, оправдывая это необходимостью борьбы с язычеством. Но если от древнего ведизма отречься, русская православная культура превращается в разновидность культуры византийской, а возможно, и в отголосок еврейской культуры. Но в таком случае русская православная культура как нечто целостное и самодостаточное существовать не может. Но она существует и в своём незыблемом существовании не нуждается ни в византийских, ни в иудейских подпорках. Сила русского Православия не только в том, что оно обобщило предыдущий духовный опыт человечества, включая опыт иудейский и византийский, но и в том, что она питается от своих собственных древних корней, поскольку никогда не изменяла Богу. И этот ценнейший духовный опыт хранится в памяти народа, за которым упрочилось название «русский дух». Но хранится в глубинах памяти, часто бессознательных, из которых его ещё надо извлечь и вновь усвоить на сознательном уровне. Этот процесс уже идёт, как идёт и реставрация подлинной, невыдуманной истории древнейшей русской цивилизации. Чтобы этот процесс полностью реализовать, придётся преодолеть множество идеологических и иных препятствий и предубеждений, наслоившихся за многие «века беспамятства».

Процесс возвращения исторической памяти должен быть не стихийным, а контролируемым. Контроль осуществляется русскими исследователями, стоящими на подлинной патриотической позиции. Определён круг исторического материала, подлежащего исследованию, и эти исследования успешно проводятся. Исследуется сам язык наш как базовый язык для основных языковых групп мира. Исследуется письменность. Долгое время считалось, что древние русские письменные источники не сохранились. Былинный сюжет витязя на распутье подсказал, где искать. Наши предки писали на камнях, поскольку этот материал гораздо прочней и долговечней, чем, например, береста или бумага. Исследуются сказки и легенды, в которых отражён сокровенный смысл многих исторических событий. Исследуются древние рукописи, долгое время остававшиеся невостребованными или востребованными частично.

Исследовать необходимо и Библию в единстве всех книг Ветхого и Нового Заветов. Считается, что книги Ветхого Завета писались на древнееврейском языке, а книги Нового Завета, скорее всего, на греческом. Но это невозможно. В ветхозаветные времена так называемый «древнееврейский язык» ещё не существовал, а греки вообще не имеют никакого отношения к книгам Нового Завета, которые писались апостолами, принадлежащие к древнерусскому племени иевусеев, проживающему в так называемой «Галилее языческой». На самом деле все книги Библии написаны на древнерусском языке, который в те далёкие времена был богослужебным языком славянского города Иерусалима (Салима). Оригиналы не сохранились, сохранились списки на разных языках, и это вводит исследователей в заблуждение. Тем более что при переводе с богослужебного языка на разговорные далеко не всегда соблюдается точность. Многое упрощается и невольно искажается. Естественно, что в Библии имеется множество сведений о жизни таинственного народа царя и священника Мелхиседека, а также многочисленные предсказания о будущей Святой Руси. Исследователи этого не замечают по той причине, что смотрят на священные тексты глазами «просвещённого европейца», в то время как подлинный сакральный смысл Священного Писания постижим только при русском прочтении всех текстов, что соответствует их исторической и духовной достоверности.




1 Гоголь Н. В. Собр. Соч., т. 6. М., 1994, с. 39.

2 Пушкин А. С. Собр. соч. М., 1993, с. 388.

3 Там же, с. 129 – 130.

4 Нестор. Повесть временных лет // fictionbook.ru/author/letopisec_nestor/povest_vremenniyh_let

5 ipiran.ru>egorov/rpvl.htm

6 www.metafilosof.narod.ru





Смотрите также:
Духовное измерение Руси
114.52kb.
Духовное измерение человека
3809.39kb.
Духовное чтение, 9 класс Введение
69.9kb.
Просвещение в Древней Руси: о первых школах и книгах
114.3kb.
Урок истории в 6 классе по теме «Культура Древней Руси» Тема урока. Культура Древней Руси. Цель урока: Сформировать представления учащихся о особенностях культуры Древней Руси
68.58kb.
Ii. Русь Удельная в XII xiii. Тема урока: «Руси и Золотой Орды в XIII-XIV вв». Цели и задачи урока
99.68kb.
Дипломная работа по православной педагогике была написана на основе открытого урока, проведенного в рамках дисциплины «Духовное краеведение Подмосковья»
152.26kb.
Инструкция по эксплуатации особенности точное бесконтактное измерение температуры Встроенный лазерный указатель
59.37kb.
Экзаменационные вопросы на зимнюю сессию для группы и-iii курса по гми. Что такое измерение, единицы физических величин, эталоны. Измерение как физический процесс
15.51kb.
От лат societas общество; …метрия (от греч metréo измеряю) часть сложных слов, соответствующая по значению слову «измерение»)
197.52kb.
Антахкарана – сознание в целом апариграха непривязанность к вещам, свобода от желания собирать и копить Арии
93.22kb.
-
125.1kb.