Главная стр 1
скачать

Искусство наказывать и прощать

"Я знаю, что детей бить нельзя и телесные наказания- не дело. Да я ведь его и пальцем не трогаю. Знаете, что я делаю? Он страшно боится темноты-так я его запираю в подвал, выключаю свет и оставляю там. Посмотрели бы вы, какой он потом шелковый становится!"-это рассказ отца, который привел на обследование шестилетнего мальчика с сильным неврозом.



"Не верьте вы ему. Уж я его насквозь вижу, притворщика. Нарочно - медленно отстегиваю ремень-еще и не коснусь, а он уже орет, зовет маму на защиту"-так говорит другой отец, огорченный плохой успеваемостьюсына-третьеклассника.
"У меня есть принцип: ничего не хвалить, пока сын не достигнет совершенства. А он никогда не достигнет. Я проcто добиваюсь, чтобы у него было чувство ответственности - а его нет!" - подобным заявлением начинает свой длинный рассказ третий отец, сильно озабоченный поведением одиннадцатилетнего сына. «Он страшный лентяй, лгун, замалчивает плохие отметки, никакие наказания не помогают.»
Мы процитировали высказывание троих отцов, но это не значит, что ошибки и перегибы в воспитании - удел только отцов. Жестокости, подобной той, какая исходит из первого приведенного примера, непонимания, о котором свидетельствует второй пример, нелепых принципов, на коих основано воспитание в третьем случае, всего этого в избытке, к сожалению, и у мам, бабушек, дедушек, дядюшек и других воспитателей.
Задумаемся глубже над третьим случаем. Он совсем не редкость, и я искренне убежден, что многие родители узнают себя. Уже этого вполне достаточно для более тщательного разбора.
Отец утверждает, что наказания не помогают, и он пришел посоветоваться, есть ли такое наказание, которое воздействует на сына. От матери и самого мальчика мы узнали, что отец действительно никогда не поступается своими принципами. Никаких одобрений и похвал. Отец полагает, что мальчик "обязан все уметь" и нечего ждать от отца помощи и совета. Отец педантично контролирует выполнение домашних заданий и поручений, которые дает он сам; беда, если обнаружится ошибка. Мальчик избегает этого контроля как только может. Тем самым он запускает уроки, школьные оценки ухудшаются. Соответственно повышаются отцовские требования, отец все строже, неистовее в своем контроле, и вот готова разразиться семейная катастрофа. Притом нет сомнений, что намерения у отца благие, мальчиком ондорожитихотелбывоспитатьегокакможнолучше.Чтонаэтоскажетпсихолог?
Для начала зададимся вопросом, что же такое наказание. В голову сразу лезет воспоминание о полученных в детстве нескольких затрещинах или домашнем аресте за небрежно нацарапанное домашнее задание, либо за шалость. Но, наверняка, вспомнятся и друзья, для которых затрещины были обычным делом, поскольку сыпались справа и слева, и никакая "домашняя тюрьма" не могла заставить их аккуратнее писать. Ибо наказание-это вовсе не действие со стороны наказывающего, а то, что происходит в наказываемом ребенке. То, что он при этом переживает. С точки зрения психологии это хорошо всем известное неприятное, давящее чувство стыда и унижения, от которого хочется как можно скорее избавиться и никогда более не переживать.
Так же обстоит дело с поощрением. Награда-это отнюдь не всегда то, что мы считаем таковой, а то, что воспринимается ребенком как поощрение. Приятная, возвышающая удовлетворенность делом, за которое похвалили дорогие нам люди. Удовольствие от того, что нас любят и симпатизируют нам. Разумеется, подобное чувство хочется подольше удержать и почаще переживать в будущем.
Итак, на вопрос как правильно распределять наказания и поощрения, мы не дадим точного ответа, сколько того и другого должно приходиться на каждого ребенка. "Сколько затрещин и сколько конфет". Воспитательная проблема заключается тут не в количестве, а в отношении ребенка к наказывающему и поощряющему. Это глубоко личное, индивидуальное дело воспитателя и ребенка, в нем сфокусировано все, что их связывает и сближает. Важно, как формировались их взаимоотношения, насколько они эмоционально близки друг другу! Чтобы наказание возымело действие, ребенок должен пережить чувство вины. Ему надо осознать, что он неким образом нарушил хорошие взаимоотношения с родителями или иными воспитателями. Без этого чувства наказание всего лишь открытый акт насилия, бессмысленное терзание, либо напрасная трата энергии. Оно не является воспитанием. Хуже того, весь возбуждаемый в ребенке негативный эмоциональный заряд обращается против того, кто так "хладнокровно" наказывает. Воспитатель оказывается в роли надсмотрщика, который высек провинившегося, но тот за собой никакой виныневидит. Педагоги утверждают, что наказание имеет тройное значение. Во-первых, оно должно исправить вред, причиненный дурным поведением. И ребенок обязан убрать небрежно разбросанные вещи, починить по возможности сломанную или разбитую вещь. Из своих карманных денег хотя бы частично возместить стоимость причиненного кому-либо ущерба. Во-вторых, наказание способствует тому, чтобы такие действия не повторялись. Оно имеет отпугивающий, устрашающий смысл, о чем мы уже говорили. Но третье, и, по всей видимости, главное значение заключается в снятии вины. "Провинность" представляет собой определенное отчуждение, преграду, неуверенность во взаимоотношениях с провинившимся. Грядущее наказание должно смыть эту вину. Тем самым в наказании усматривается элемент высшей справедливости, которую виноватый признает и принимает.
Из этого следует, что если мы наказываем ребенка из-за собственной нетерпеливости или плохого настроения, а также по причине находящих на нас приступов злобы, то свое самочувствие мы немного улучшаем, но с точки зрения воспитательной наше поведение не только расходится с целью, но и приносит вред. Ребенок с минуту страдает, может, и плачет, просит прощения, но в его понятия о справедливости это не укладывается, и он не ощущает за собой необходимого чувства вины, нет и облегчения и урока на будущее.
А как обстоит дело с поощрением? Оно как воспитательное средство более действенно. Если наказание лишь останавливает дурные действия, то поощрение ориентирует на хорошие и закрепляет их. Под поощрением нельзя понимать конфеты, футбольный мяч или велосипед за школьные успехи. Лучшая награда для ребенка-сознание того, что он принес радость любимым людям, а подарок в придачу лишь символизирует это. Там, где символ становится главным и самоцельным, где лишь он заставляет ребенка хорошо вести себя, в семье что-то не ладно.
Если за любую ошибку ребенка ждет наказание и ничего больше, ребенок не научится правильному поведению. Кроме того, он будет бояться того, кто наказывает, стремиться обмануть его, чтобы избежать наказания. Никакие упреки и наказания не сделают школу привлекательнее для менее одаренного ребенка. Но если за каждый маленький успех хвалить и ободрять его, появится надежда, что он будет работать с удовольствием и полной отдачей.
А теперь немного о другом. Поощрение и наказание- основные воспитательные средства. Это означает, что с их помощью мы достигаем определенной воспитательной цели. Цель наказания, таким образом, не потопить грешника, а спасти и вытянуть! Способ для этого-прощение!

Мальчик из детского дома, сравнивая более богатый детский дом с бедно оборудованным, все же отдал предпочтение бедному, потому что, по его словам, там "нас за плохое поведение начальница накажет, а директор за нас заступится". На первый взгляд, такое поведение профессионалов - воспитателей кажется непедагогичным, непоследовательным и даже бессмысленным. Но в той ситуации, дети прекрасно чувствовали, что дело тут не в слабости, а, наоборот, в привязанности к ним, и понимали, чего недоставало им в других детских домах. К тому же, начальница и директор были супругами, и их детский дом, в сегодняшнем понимании, назывался бы "детдом семейного типа". А в какой семье не заступаются за детей именно так, как у тех двоих воспитателей в детском доме!

Прощение-это не награда, а освобождение от напряжения вины, ожидаемого или уже полученного наказания. Это по сути примирение. Как любое освобождение, прощение рождает добрые чувства к освободителю. Только тогда ребенок будет любить наказывающего отца или мать и переживать новые проступки как стремление исправиться, помириться, хорошо вести себя впредь.

Но и здесь следует избегать крайностей. Никогда ничего не прощать означает бесчувственное, бесчеловечное, антипедагогичное поведение. Оно лишь углубит пропасть между воспитателем и ребенком. Но всегда с готовностью прощать все - значит потерять авторитет и возможность влиять на ребенка. Так что и здесь рассудительность и понимание индивидуальных качеств ребенка будут служить нам лучшим ориентиром.

Отцу того непослушного мальчика, по поводу которого мы начали эти размышления, мы не сможем посоветовать, какое избрать наказание, но настоятельно попросим его пересмотреть свои "принципы". Они у него нежизненны, недейственны, антипедагогичны, и бедный мальчик лишь утверждается в своем упрямом сопротивлении. Принципы эти в конечном счете пагубны и для воспитателя, ибо лишают его возможности оказывать положительное влияние на мальчика, а с другой стороны, не позволяют ощутить радость и удовлетворение воспитателя.
Слепая любовь

Психологам хорошо известно, насколько слепа порой бывает родительская любовь. Оказываясь в плену собственного тщеславия и с поразительным упорством закрывая глаза на очевидное, мы нередко, сами того не желая, делаем детей несчастными, невротичными, закомплексованными или, напротив, просто невоспитанными.



"Он такой умница!"

Толе скоро 8 лет. "Кто бы мог подумать, что у нас с ним возникнет столько проблем?" - искренне недоумевает мама Толи. На самом деле подумать мог каждый, кто проводил с Толиком хотя бы пару часов. "Никогда не забудет поделиться", - умилялась мама, когда, отломив сестре маленькую дольку шоколадки, Толик быстро запихивал в рот всю оставшуюся плитку. "Смотри какой целеустремленный" - когда, не обращая внимания на гостей, Толик визжал на одной ноте: "Пойдем читать книжку, пойдем сейчас же читать книжку, мам, пойдем читать книжку..." "Характером - весь в папу", - говорила мама с гордостью, когда Толик совершенно игнорировал ее замечания. Теперь мама жалуется на неспособность ребенка контактировать с одноклассниками, нежелание учиться, конфликты с учителями, частые истерики, нервные срывы и др.



"Никакого из нее толка..."

Существует и другая форма слепой любви: когда родители, переоценивая возможности и способности ребенка, становятся сверх требовательны и критичны. Эгоистичное желание родителей доказать себе и всем окружающим, что их ребенок необычайно талантлив, может обернуться для самого малыша необратимым комплексом неполно- ценности, парализовать волю, понизить уровень стремлений. 6-летнюю Катюшу привели на консультацию к детскому психологу с жалобой: не желает заниматься, готовиться к школе. Девочка была весела и раскованна, пока речь шла о ее успехах на занятиях гимнастикой. Однако услышав просьбу нарисовать деревце, она сжалась, начала теребить в руках карандаш, не решаясь провести линию на бумаге. И постоянно оглядывалась на родителей. Мама заметно раздражалась, папа недовольно произнес: "Я говорил, никакого толка не будет. Пустая трата времени". В этой сфере девочка не оправдывала ожиданий родителей, и, вместо того чтобы помочь дочери, они усугубляли ситуацию резкими комментариями и вздохами разочарования. Ощущая психический дискомфорт, Катя стала избегать ситуаций, где требовалось применение умственного потенциала.


Каждый родитель считает, что знает свое чадо лучше всех. Но задумайтесь - не видите ли вы то, что хотите увидеть? Приглядитесь, как на вашего ребенка реагируют окружающие, сверстники, что говорят учителя и воспитатели.

Игра с таймером

Многие возбудимые дети имеют заниженную самооценку, поскольку им то и дело приходится слышать от взрослых: “Прекрати сейчас же!” и т. п. Такие дети редко доводят начатое дело до конца и, как правило, не получают удовлетворения от завершения начатого дела или решения поставленной задачи. В результате с годами у них формируются негативная самооценка и склонность к бурным эмоциональным реакциям. Я, однако, заметила, что многие возбудимые дети могут неплохо контролировать свое поведение, если их к этому мотивировать. Игра с таймером была разработана мной для того, чтобы повысить их мотивацию к контролю за своими реакциями и дать им возможность почувствовать удовлетворение от выполненного действия.


Игра с таймером способствует развитию навыков самоконтроля — это один из ее основных психотерапевтических факторов. Если игра ребенку интересна, он проявляет настойчивость, которая, вполне вероятно, позволит ему справиться с задачей и получить определенное вознаграждение. Для возбудимого ребенка очень важно почувствовать успех в игре, что даст ему не только ощущение победы, но и своей компетентности.


Описание техники

Для работы необходимо иметь: таймер, фишки, принадлежности для рисования, кубики и ряд простых детских книжек для самостоятельного чтения. Ребенку предстоит выполнить одну из следующих задач: построить из кубиков башню, нарисовать картинку, раскрасить сделанное по трафарету изображение или прочесть книжку. Психотерапевт предлагает игру с таймером:

— Сначала я дам тебе десять фишек. Вот кубики. Тебе нужно построить из них башню. На выполнение задания у тебя будет десять минут. Если ты будешь отвлекаться, то не успеешь. Если ты вдруг отвлечешься от строительства башни, то должен будешь отдать мне одну фишку. Всякий раз, когда ты задашь мне какой-нибудь вопрос, начнешь заниматься чем-нибудь другим или разговаривать, ты должен будешь отдавать мне по одной фишке. Если же за десять минут ты ни разу не отвлечешься от своего дела, я дам тебе еще десять фишек. Когда наберешь пятьдесят фишек, ты сможешь затем взять все, что захочешь, из “сумки с сокровищами”, — в этой сумке находятся заранее приобретенные маленькие игрушки. — Хочешь спросить что-нибудь?

Ребенок может поинтересоваться, что ему делать по окончании строительства башни. На это психотерапевт может сказать:

— Хороший вопрос. Ты должен продолжать строить что-нибудь другое. Когда пройдет десять минут, таймер просигналит вот так, — психотерапевту нужно продемонстрировать сигнал таймера. — Ты получишь фишки, только когда закончится время.

В течение первых нескольких минут, пока ребенок выполняет задание, психотерапевт ему не мешает. Но его задача заключается в том, чтобы приучить ребенка делать свое дело, что бы ни происходило вокруг — в комнате, в коридоре или на улице. Поэтому вскоре он может попытаться его чем-нибудь отвлечь. Вначале ребенок будет всякий раз бросать свое занятие, когда психотерапевт что-нибудь уронит, начнет заниматься уборкой и т. д. Если играть с таймером на протяжении нескольких сессий, мотивация ребенка значительно повысится, и он действительно захочет иметь пятьдесят фишек, чтобы завоевать приз. На следующем этапе работы, когда ребенок получит приз, можно предложить ему поиграть снова, удлинив время работы на пять минут. В конце концов можно приучить ребенка к сосредоточенной деятельности в течение всего времени занятия.




Показания и рекомендации к применению

Предлагаемое упражнение очень полезно гиперактивным детям с неустойчивым вниманием. Интересная игра в безопасной обстановке позволяет им почувствовать свою способность успешно справляться с поставленной задачей. Применяя определенную систему поощрения и наказания, можно мотивировать ребенка к работе, однако наиболее значимым для него, по-видимому, является само ощущение успеха. Чтобы убедиться в этом, достаточно посмотреть на лицо ребенка в тот момент, когда он получает дополнительные десять фишек за то, что ни разу не отвлекся от своего дела.


Техника “Выпускание пара”

Предлагаемая техника дает детям возможность рассказать о своих сложных чувствах и проблемах и сформировать определенные модели поведения в затруднительных ситуациях. Терапевтические механизмы игровой деятельности описаны Ч. Шефером (Schaefer С., 1993). Данная методика использует некоторые из них: она позволяет преодолеть психологическую защиту ребенка, развить его коммуникативные и творческие возможности, пережить катарсис, отреагировать чувства, укрепить отношения с психотерапевтом и другими людьми, развить эмпатические способности, сформировать ценные практические навыки, в конце концов, просто занять ребенка увлекательным делом.

Игра “Не проломи лед”, как известно, вызывает интерес, оживление и восторг у большинства детей. Ею всегда целесообразно пользоваться в игровой терапии. В этой игре имеется определенный набор правил, в частности, очередность действий и способствующая социализации ребенка необходимость смиряться с неизбежными промахами. Игра “Не проломи лед”, используемая в психотерапевтических целях, позволяет наладить коммуникацию, ведет к катарсису и отреагированию чувств, а также развивает творческое мышление и практические способности клиента (путем применения прямых указаний, метафорического обучения и имитации поведения).


Описание техники

Необходимо иметь игру “Не проломи лед”, выпускаемую Milton Bradley Company. Вначале следует попросить ребенка рассказать о какой-либо ситуации, вызывающей у него сильное раздражение или злость. Затем психотерапевт достает “ледяную” пластину и деревянный молоток (входят в набор игры “Не проломи лед”) — они предназначены для “выпускания пара”. Психотерапевт просит ребенка подумать над тем, как он предполагает себя вести в такой же ситуации. Психотерапевт может подсказывать ребенку аналогичные ситуации и то, как их можно предотвратить или как вести себя, если они все же складываются. Теперь психотерапевт вступает в игру. Рассказывая о каком-нибудь случае, он пытается показать ребенку, каким образом можно решить возникающие проблемы. Ребенок и психотерапевт продолжают поочередно вступать в игру, вспоминая разные неприятные истории и отбивая при этом по куску “льда” до тех пор, пока вся “ледяная” пластина не окажется разбитой на мелкие осколки.

Необходимо иметь игру “Не проломи лед”, выпускаемую Milton Bradley Company. Вначале следует попросить ребенка рассказать о какой-либо ситуации, вызывающей у него сильное раздражение или злость. Затем психотерапевт достает “ледяную” пластину и деревянный молоток (входят в набор игры “Не проломи лед”) — они предназначены для “выпускания пара”. Психотерапевт просит ребенка подумать над тем, как он предполагает себя вести в такой же ситуации. Психотерапевт может подсказывать ребенку аналогичные ситуации и то, как их можно предотвратить или как вести себя, если они все же складываются. Теперь психотерапевт вступает в игру. Рассказывая о каком-нибудь случае, он пытается показать ребенку, каким образом можно решить возникающие проблемы. Ребенок и психотерапевт продолжают поочередно вступать в игру, вспоминая разные неприятные истории и отбивая при этом по куску “льда” до тех пор, пока вся “ледяная” пластина не окажется разбитой на мелкие осколки.


Показания и рекомендации к применению

Техника “Выпускание пара” может использоваться в индивидуальной и групповой работе, а также в семейной психотерапии. В группе или семье все участники обсуждают разные модели поведения в определенной ситуации. Такое занятие способствует открытому обмену мнениями, укрепляет сплоченность, способствует совместному решению проблем, ведет к освобождению от неприятных переживаний и помогает клиентам лучше понять самих себя и окружающих. Таким образом, эта техника может быть полезна в широком диапазоне разных клинических ситуаций.


Игра “Выдерни соломинку”

Многие специалисты по игровой терапии подчеркивают важность работы, направленной на развитие в ребенке способности к пониманию своих чувств и контролю над ними (Allen J., 1988; Gill E., 1991; Jernberg A., 1979; Oaklander V., 1969). Достижение этой цели невозможно, если ребенок не разовьет в себе определенных навыков, в частности, он должен научиться понимать, сколь разнообразными могут быть человеческие чувства, с какими обстоятельствами они связаны, а также сформировать способность к словесному описанию своих чувств (O’Connor K., 1983).

Игра является инструментом налаживания отношений с ребенком и выражения им своих чувств. А. Фрейд (Freud A., 1928) определила игру как особый механизм, позволяющий вступать в контакт с ребенком, для которого лишь постепенно речь становится основным средством общения. Понимая, насколько важно побуждать ребенка к вербальной экспрессии по мере его взросления (Harter S., 1983), психотерапевты стремятся разработать средства работы, предполагающие определенный игровой элемент и в то же время стимулирующие вербальную экспрессию. К. О’Коннору (O’Connor K., 1983) удалось решить эту задачу путем создания техники “Раскрась свою жизнь”, предлагающей ребенку подобрать цвета к разным чувствам. Таким образом ребенок получает возможность сперва выразить свои переживания через цвет, а затем, в последующем обсуждении, описать их словами.

Игра “Выдерни соломинку” была создана, прежде всего, как инструмент эмоциональной экспрессии ребенка. Предполагается, что благодаря предшествующему использованию техники “Раскрась свою жизнь” (O’Connor K., 1983) ребенок уже умеет ассоциировать чувства с разными цветами. В игре “Выдерни соломинку” используется принцип, аналогичный положенному в основу техники О’Коннора, что помогает ребенку установить связь между разными чувствами и обстоятельствами, а также описать в словах свои переживания. Как правило, дети с удовольствием играют в “Выдерни соломинку”, и эту игру следует признать психологически нетравматичной.




Описание техники

Предлагаемую методику может использовать любой психотерапевт, желающий побудить ребенка к выражению своих чувств и осознанию их связи с разными жизненными ситуациями. Поскольку она применяется лишь при условии, что ребенок уже научился различать основные чувства, вполне допустимо прибегать к их вербальному обсуждению, которое помогает ребенку лучше понять природу чувств и еще больше вовлекает его в игру. Эмоциональная экспрессия ребенка будет наиболее успешной в том случае, если психотерапевт продемонстрирует высокую степень эмпатии и терпимости к любым проявлениям чувств ребенка.

Данная методика предназначена для детей, уже способных ассоциировать разные чувства с цветами и различать эмоциональные состояния. Необходимо, чтобы ребенок имел достаточный словарный запас и был способен к концентрации внимания в ходе игры. Ее нецелесообразно применять с детьми, отличающимися неусидчивостью, так как их участие в ней вряд ли будет успешным. Предлагаемая методика наиболее эффективна в работе с теми детьми, которым свойственны дух соревнования и стремление выиграть, — они будут выбирать соломинки с теми цветами, а следовательно, и соответствующими им чувствами, которые они обычно избегают обсуждать.

Для работы необходимо иметь фабричный набор игры “Выдерни соломинку”. В случае его отсутствия можно воспользоваться набором пластиковых или деревянных палочек (примерно в четыре раза тоньше карандашей) разного цвета.

Большинство детей знакомо с игрой “Выдерни соломинку”. Если же ребенок раньше с ней не сталкивался, психотерапевт должен объяснить правила: ребенок или психотерапевт бросают несколько цветных палочек кучкой на стол или на пол. Задача заключается в том, чтобы достать одну палочку, не сдвинув другие. Если игрок их сдвинет, он должен положить палочку на место и уступить очередь другому. Победит тот, у кого в конце окажется больше палочек. Игру можно усложнить, договорившись, что палочки разного цвета позволяют набирать разное количество баллов.

Для перехода к основной части игры психотерапевт должен знать, что ребенок понимает связь между разными чувствами и цветами. Это можно проверить с помощью техники “Раскрась свою жизнь” или в специальной беседе с ребенком. При использовании техники “Раскрась свою жизнь” между цветами и чувствами устанавливаются следующие ассоциации: желтый — радость, голубой — грусть, черный — сильная грусть, печаль, красный — раздражение, пурпурный — ярость, зеленый — зависть, ревность, коричневый — скука, оранжевый — возбуждение. После того как психотерапевту вместе с ребенком удалось прояснить эти связи, можно переходить к основной части игры “Выдерни соломинку”. Ранее оговоренные правила дополняются тем, что, вытаскивая палочку, игрок должен сказать, когда он переживал чувство, соответствующее цвету палочки.

Затем психотерапевт и ребенок начинают играть. Когда наступает очередь психотерапевта, он старается своими высказываниями вызвать ребенка на более откровенный диалог. Можно сделать так, что ребенок будет вступать в игру определенное количество раз: перед началом игры надо оговорить, сколько попыток необходимо сделать, — это даст ребенку ощущение своего контроля над тем, что он сообщает психотерапевту, и над своими чувствами. Следует ограничить число попыток, чтобы ребенок не смог полностью избежать обсуждения неприятных переживаний. В ходе игры возникает много поводов для обсуждения, в частности, психотерапевт может попытаться переговорить с ребенком о том, почему он выбрал палочку того или иного цвета, что он переживал и как вел себя в процессе игры и т. д.


Показания и рекомендации к применению

Методика “Выдерни соломинку” была, например, использована мной в работе с двенадцатилетним мальчиком, страдавшим от запущенности; имелись подозрения относительно перенесенного им физического насилия. В процессе нашей работы мальчик был взят на попечение. Основной моей задачей было создание условий для выражения и понимания им своих чувств. Мне предстояло подобрать такие методики, которые не воспринимались бы подростком как откровенно детские, но в то же время давали возможность эмоциональной экспрессии. Оценивая характер своего клиента, я решила, что методика “Выдерни соломинку” вызовет у него интерес.

Занятие началось с техники “Раскрась свою жизнь”. На предыдущих сессиях мальчик уже познакомился с ней, пытаясь подбирать цвета к тем чувствам, которые он испытывал в течение прошедшей недели. После того как мы установили связи между цветами и чувствами и я предложила ему поиграть в “Выдерни соломинку”, мальчик воскликнул: “Спорим, я буду победителем!” Его первые попытки были весьма успешны, и он не испытывал никакого заметного напряжения, связанного с необходимостью обсуждать некоторые сложные эпизоды своей жизни. Вытягивая палочки, я старалась подстраиваться под него: я не столько говорила о себе, сколько пыталась затронуть именно те чувства, которые были актуальны для мальчика. Как правило, в начале игры действовать довольно легко — несколько палочек всегда лежат немного в стороне от остальных. Так было и на этот раз. По ходу игры, однако, стало ясно, что, для того чтобы выиграть, мальчику предстоит брать синие, черные или пурпурные палочки, символизирующие сложные и неприятные чувства: соответственно — грусть, печаль и ярость.

Поначалу мальчик пытался выбирать палочки тех цветов, которые обозначали приятные аффекты, но их часто было трудно извлекать, и он терял очки. Я обратила его внимание на то, что он избегает цветов, символизирующих неприятные чувства, и вскоре, стремясь во что бы то ни стало победить, мальчик стал руководствоваться в первую очередь тем, насколько просто извлечь палочку из кучки. Так он стал вытягивать синие, черные и пурпурные палочки. И вновь я обратила на это его внимание. Тем не менее в конце игры оказалось, что у меня палочек больше. Видимо, мальчик все же во многих случаях отдавал предпочтение палочкам, обозначающим “нейтральные” эмоции. Он захотел повторить игру, посчитав, что на этот раз обязательно победит. Когда мы начали играть снова, оказалось, что выбор тех или иных палочек теперь определяется у него исключительно желанием победить, что, в конце концов, ему и удалось. Он испытывал определенное напряжение, когда ему предстояло вспомнить какой-нибудь неприятный эпизод из своей жизни, однако теперь его сопротивление этому стало значительно меньше. Победа мальчика оказалась наградой за решимость обсуждать даже самые неприятные чувства.

Игра была хорошо воспринята моим клиентом, поскольку ему были свойственны дух соревнования и хорошая способность к концентрации внимания. В ходе занятия мне удалось побудить мальчика к обсуждению связей, существующих между разными чувствами и жизненными обстоятельствами. Благодаря этой игре у меня появилась возможность понять связь между поведением клиента в ходе занятия и его поведением в реальной жизни. Игра сопровождалась активным обсуждением. Ее использование оказалось успешным и способствовало решению важных психотерапевтических задач, связан-ных с выражением и осознанием мальчиком своих чувств.
Игра “Укради!”

Дети дошкольного и младшего школьного возраста могут совершать кражи. Специалистам по игровой терапии нередко приходится иметь дело с этим поведенческим нарушением. Как правило, с ним сталкиваются на сессиях семейной терапии. Кражи, совершенные детьми, крайне болезненны для родителей, особенно, если воровство приобретает систематический характер и, по мере взросления ребенка, становится все более изощренным. Родители во многих случаях оказываются бессильны предотвратить его. При этом подобное поведение ребенка и реакции на него родителей лишь усиливают друг друга, поскольку у ребенка появляется ощущение своей власти над родителями и, по мере того как родители стремятся все более жестко контролировать ребенка, воровство становится для него все более привлекательным занятием.

Подобная форма нарушения поведения и связанные с ней семейные проблемы наиболее характерны для детей из неблагополучных семей, взятых на попечение в другие семьи, перенесших в первые годы жизни психическую травму. Д. Винникотт (Winnicott D., 1971) высказывает предположение, что склонность ребенка к воровству может быть связана с попыткой получить материнскую любовь и внимание, которых ему, возможно, не хватало в раннем детстве. Безусловно, вопрос о том, руководствуется ли ребенок при совершении кражи желанием получить понравившийся ему предмет или испытать чувство любви и привязанности со стороны матери, может быть предметом специального обсуждения. Однако очевидно, что склонность ребенка к воровству в семье определенным образом связана, с одной стороны, с проявляющейся в нем тенденцией освоения определенной драматической роли, и с другой — независимо от его стремления — с желанием получить понравившийся предмет. Эта склонность может трактоваться с точки зрения внутрисемейных отношений, что следует учитывать любому психотерапевту, сталкивающемуся с проявлениями подобного поведения. Глубокое укоренение детского воровства в семейных отношениях, как правило, не осознается родителями, которые считают, что проблему можно решить лишь жестким контролем за поведением ребенка.

Специалист по игровой терапии, применяющий семейно-ориентированный подход, может помочь членам семьи разобраться в характере их отношений и в том, какое значение имеют совершаемые детьми кражи, — тем самым он будет способствовать изменению этих отношений.

Основная задача игры “Укради!” заключается в том, чтобы в условном игровом, интерактивном контексте помочь семье заново пережить драматизм кражи. Участвуя в подобной игре, дети и родители могут в определенной мере дистанцироваться от напряженной внутрисемейной ситуации и усвоить некоторые новые способы поведения — их можно будет использовать дома с целью решения проблем, вызванных воровством ребенка и привычным для членов семьи ощущением себя в роли вора или пострадавшего лица. Участники игры могут лучше уяснить тяжесть психологической и эмоциональной нагрузки, которую несет воровство.

Психотерапевтическое использование игры, ориентированной на исследование глубокого эмоционального подтекста кражи, базируется на положениях динамической игровой терапии (Harvey S., 1990; 1991; 1993; 1994; 1995). В целом, ее можно определить как интегративный игровой психотерапевтический подход, при котором члены семьи привлекаются к разнообразным творческим, экспрессивным видам деятельности, использующим элементы драматического и изобразительного искусства, видеоигр и т. д. Психотерапевт стремится строить игровые отношения таким образом, чтобы они затрагивали эмоционально значимые аспекты реальных внутрисемейных отношений. Процесс динамической игровой терапии протекает в силу того, что психотерапевт и члены семьи начинают активно участвовать в простейших, предполагающих использование средств самовыражения интерактивных играх и постепенно осуществляют переход к новым совместным формам экспрессивного поведения, предполагающим большую свободу выбора.




Описание техники

Игра “Укради!” лучше всего подходит детям в возрасте от шести до двенадцати лет. Она применяется после того, как психотерапевт достаточно хорошо познакомится с членами семьи и убедится, что склонность ребенка к воровству действительно имеет место. Как правило, на это уходит от одного до двух месяцев. Если родители продолжают жаловаться на совершаемые ребенком кражи, психотерапевту необходимо выяснить, что именно и каким образом крадет ребенок. Затем он предлагает родителям и ребенку поиграть в игру “Укради!”.

Приступая к игре “Укради!”, психотерапевт располагает все необходимые принадлежности в одной части кабинета и проводит линию, отделяющую ее от остального помещения. Родителю предлагают “охранять” предметы, давая “вору” команды остановиться, а ребенку — “воровать” их. В ходе игры “вор” должен, проникнув за линию, схватить какой-либо предмет и перенести его на свою половину. Если это ему удается, он может приказать, чтобы одна из конечностей “охранника” больше не двигалась. “Украв” еще один предмет, он может “парализовать” другую конечность “охранника”. Игра продолжается до тех пор, пока “охранник” не будет полностью “парализован”.

Обычно в игре используются косынки, подушки, фигурки животных и т. д., а в роли “границы” выступает лента или веревка. Функции судьи, который подтверждал бы, что предмет действительно был перенесен на половину “вора”, берет на себя психотерапевт или второй родитель. Как правило, чтобы “парализовать” “охранника”, ребенок просит его убрать за спину руку, а ногу держать на весу; он может также попросить закрыть (завязать) глаза или замолчать — так что “охранник” не сможет больше приказывать остановиться.

В процессе игры психотерапевт напоминает ее участникам о том, что не следует слишком серьезно к ней относиться. Когда “охранник” полностью “парализован”, а все вещи перенесены на сторону “вора”, происходит обмен ролями: теперь ребенок становится “охранником”, а родитель — “вором”. Родитель может “парализовать” разные части тела “охранника”, если ему удастся что-нибудь “украсть”. В процессе игры ее участники несколько раз меняются ролями до тех пор, пока каждый из них не освоит роли “охранника” и “вора” и не будут проявлены связанные с этими ролями чувства, либо пока в игре спонтанным образом не появятся новые возможности. Тогда психотерапевт может несколько изменить правила, чтобы они больше соответствовали этим возможностям. В конце занятия он также может попросить участников игры изобразить на рисунке ее наиболее значимые моменты, либо, сделав своевременно видеозапись, ее обсудить. Основная цель игры заключается в том, чтобы дать детям и родителям возможность в той или иной мере осознать характер своих отношений. Как правило, наибольший психотерапевтический эффект связан с изменениями в ходе игры, когда ребенок и родитель пытаются ввести в нее новые элементы, отражающие их отношения.

Наиболее характерные примеры этих изменений — манипуляции участников игры с предметами. Нередко родители прячут мелкие предметы у себя на теле либо крепко держат их, чтобы “вор” не смог их унести, но это лишь повышает интерес к ним ребенка. В эти моменты психотерапевт может предложить договориться, как поступить с оставшимися предметами, или даже попытаться обсудить, что они могут означать с точки зрения взаимоотношений родителя и ребенка. Примером глубокого субъективного значения предмета могут быть моменты, связанные с осознанием ребенком значимости своего “Я”, а также того, что может значить сохранение предмета в руках родителя (например, любовь и внимание со стороны ребенка). С учетом всего этого моменты переговоров участников игры относительно того, что делать с оставшимися предметами, могут иметь очень большое значение.




Показания и рекомендации к применению

Игру “Укради!” прежде всего используют с детьми младшего школьного возраста, для которых характерны нарушения поведения или проявления патологической привязанности. Как правило, эти дети плохо поддаются психотерапии в ее традиционных вербальных и невербальных вариантах. Психотерапия приемных детей осложняется еще и тем, что им трудно вступать в доверительные отношения, а спонтанные проявления чувств у них крайне редки.



Интересные варианты игры “Укради!” могут возникнуть в направленной на прояснение характера внутрисемейных отношений работе со взрослыми членами семьи, взрослыми сиблингами, взрослыми детьми и родителями, а также супругами. Во всех этих случаях используемые в игре предметы обладают очевидной эмоциональной значимостью в контексте семейных отношений. Очевидно, что игра “Укради!” связана не столько с кражей как таковой, сколько с тем, какой смысл имеет кража в контексте актуальных взаимоотношений. Применяя эту игру со взрослыми клиентами, следует помнить, что, так же как и в работе с детьми, ее начальные этапы позволяют создать вполне конкретное, удобное “пространство”, находясь в котором можно перейти к исследованию более глубоких аспектов эмоциональной значимости предметов и действий ее участников.
скачать


Смотрите также:
Искусство наказывать и прощать
243.49kb.
Любить значит прощать? 19 апреля 2013 год
155.3kb.
Программа по эстетике «Искусство России и Франции 18 века»
536.07kb.
План-программа кружка по изобразительной деятельности «Акварелька»
97.11kb.
Программа кружка «Карандаш» Муниципального дошкольного образовательного учреждения
183.92kb.
Рабочая программа по учебному предмету «Искусство. Изобразительное искусство»
409.16kb.
Искусство гомеровского времени искусство архаики искусство гомеровского времени
66.53kb.
Умеем ли мы прощать?
52.78kb.
Классный час «умеем ли мы прощать? Все ли можно простить?»
79.22kb.
Как их наказывать?
33.79kb.
Любить значит прощать
42.96kb.
Пусть час не пробил, жди, не уставая, Пусть лгут лжецы, не снисходи до них; Умей прощать и не кажись, прощая, Великодушней и мудрей других
45.3kb.