Главная стр 1
скачать
Ce-review.org
Дождь прольется снова?

Интервью с Милчо Манчевски.
Когда война разразилась в Словении, Хорватии и Боснии все задавались вопросом – какая Балканская страна будет следующей. Не многие тогда вспоминали о Македонии.
Но в 1994 году вышел примечательный македонский кинодебют, который оказался не только передовым у себя на родине, но и привлек к себе международное внимание. Интерес вызвал не только сюжет, актерская игра, эффективное использование музыки и кинематографии (хотя все это заслужило похвалы), но, прежде всего анализ македонской ситуации в регионе, которая была чревата междоусобной войной. Это было послание, которое наглядно демонстрировало бессмысленность варварской войны и межэтнической розни.
Фильм назывался Pred dozdot (Перед дождем, 1994), его режиссером был Милчо Манчевски. Македония избежала этнической войны в боснийском стиле и кажется, хотя связь очень трудно доказать, что родина режиссера приняла его кинематографическое предупреждение.
Тем не менее, сегодня македонские этнические проблемы вспыхивают снова. Неужели они нуждаются в очередном целлулоидном напоминании? Если это так, они его скоро получат, поскольку второй фильм Манчевски в настоящее время находится в пост-производстве и готовится к премьере на Венецианском Кинофестивале в августе.
Никати Сонмез поговорил с Манчевски об его первом фильме, о текущей ситуации в Македонии и о новом проекте «Прах».
Предсказания, которые вы сделали в Pred dozdot, сбываются снова. Это действительно неизбежность – война в Македонии?
Я совершенно не думал о том, что фильм затрагивает проблему распространения войны в Македонии. Он о человеческих судьбах, о моральных дилеммах, которые возникают перед людьми, захваченным историческими событиями. Это не был документальный фильм о Македонии или о том, что мы называем бывшей Югославией или о Балканах. Это даже не была попытка объяснить специфику Балканский войн последнего десятилетия.
Было просто замечательно слышать от зрителей в различных странах, что история, рассказанная в фильме очень близка им – она могла произойти в любой стране от Индии до Северной Ирландии и Израиля… они говорили, что фильм можно было бы снимать там.
Кроме того Pred dozdot касался и других тем. Это был фильм о радости возвращения домой, о насилии, о самопожертвовании, об ответственности журналиста, о предчувствии, которое возникает у каждого, когда должно произойти что-то значительное… но это не слишком много объясняет современную ситуацию в Македонии. Сейчас страна наводнена вооруженными бандами провокаторов и расистов, пытающихся втянуть её в кровавый этнический конфликт.
Концепция прав человека похищена террористами, борющимися за территорию. Это принижает реальные проблемы прав человека. В Македонии мы имеем дело с убийцами, злоупотребляющими фразой «гражданские права». Убивая, они учат мирное население, как надо разговаривать с иностранными телевизионными группами; потом принудительная воинская повинность, введенная в этнических албанских селениях; местные средства массовой информации сообщают о фальшивых массовых захоронениях, сделанных в целях пропаганды. Нынешнее правительство Македонии закрывает глаза на приготовления сепаратистов.
Реальные проблемы прав человека, конечно должны быть решены, но сегодняшняя ситуация такова: есть албанские начальные школы, средние школы, колледжи и университет. Сколько всего в Британии университетов, где ведется обучение на шотландском языке, или на баскском в Испании?
Есть театр, несколько газет, телевизионных станций, радиостанции и программы на албанском на национальном радио и ТВ. Албанские партии участвуют в коалиционных правительствах с тех пор, как страна получила независимость. Албанские депутаты сидят в Парламенте, множество мэров, шесть министров и несколько послов – албанцы (это в дополнение к румынским депутатам в Парламенте, турецким, сербским, боснийским газетам, партиям и программам).
Македонским гражданам албанского происхождения пора начать говорить об обязанностях в придачу к разговорам о правах. Они должны решить для себя, являются ли они албанцами в Македонии или албанцами из Македонии. Албанские политические партии должны перестать потворствовать преступлению. Если система правосудия игнорируется, общество идет к черту. Печально, но ни одна албанская интеллектуальная или правительственная организация не осудила безоговорочно преступные действия людей в униформе. В конце концов, люди должны перестать ждать от государства, что оно решит их проблемы. Они должны увидеть в нем государство индивидуумов (с их правами и обязанностями), а не государство групп и племен.
С вашей точки зрения, вмешательство НАТО сможет изменить судьбу Балкан?
НАТО помог Балканам избавиться от Милошевича и остановить террор против албанцев в Косово. Однако есть и побочный эффект, бомбардировки НАТО, поддержка националистических воинственных групп теперь помогают эскалации этнической нетерпимости. Обратный расизм – это тоже расизм и он ставит под сомнение возможность разорвать порочный круг.
KFOR (НАТО) утверждает, что не поддерживает террористические действия, но закрывает глаза на террор против мирных жителей в Косово, на нападения на территорию суверенной Македонии. Они управляют Косово и в военном и в административном смысле, и, поскольку Косово используется как база для нападения на Македонию – они ответственны за то, что происходит в Косово. У них, кроме того, есть мандат на разоружение военных групп, особенно тех, кого они сами вооружили.
Международное сообщество несет полную ответственность за всех преступников прошлых, настоящих и будущих, которые стали результатом его политики в регионе.
Под крылом НАТО ведется настоящий джихад. Желание НАТО избежать проблем - на руку бойцам талибанского толка. Я даже не упоминаю вооружение и обучение KLA в прошлом.
Если международное сообщество хочет стабильности в регионе, оно должно участвовать в наведении законности и порядка. А это включает в себя борьбу с незаконными вооруженными формированиями и нарко-картелями, оперирующими в Косово и Западной Македонии. Деятельность нарко-картелей (которые процветают с тех пор как НАТО пришел на Балканы) и борьба за недвижимость – большая угроза региону, чем мифическая столетняя межэтническая вражда.
Посмотрите на отношения между этническими турками и македонцами в Македонии. С точки зрения мифа, вы должны предполагать, что существует столетний кровавый конфликт между турками и македонцами. Но на самом деле не существует никакого напряжения или конфликта между турками-мусульманами и македонцами-христианами в Македонии. Напротив, эти две общины гармонично сосуществуют.
Если бы вы снимали фильм о Pred dozdot, какое название вы предпочли бы и что это была бы за история?
Фильмы, которые я снимаю, не имеют отношения к политике. Даже если кто-то сможет доказать, что каждый фильм несет в себе политическое послание. Сильвестр Сталлоне и Джулия Робертс посылают политические сообщения, несмотря на то, что им до этого нет дела. Любой стиль жизни – политичен, любая моральная система политична. Голливуд настолько же политичен, как и Фассбиндер.
Сегодня самым печальным последствием нынешнего конфликта в Македонии могла бы быть утрата гражданского общества. Акцент на различия, а не на схожесть и достижения только усугубляет конфликт. Эскалация противостояния до добра не доведет.
Как кинопроизводитель, каким вы видите будущее своей страны и каким бы вы хотели его видеть?
Я предпочел бы видеть Македонию процветающей, мирной и демократической страной. Я верю, что для подобного развития есть основания. Я не могу предсказывать, я изобличил бы себя как «ужасный» пророк – я никогда не думал, что война разразиться в Словении, Хорватии, Боснии или Косово. Я так же никогда не ожидал насилия в Македонии, несмотря на то, что снимал Pred dozdot. Мой фильм был предупреждением, а не пророчеством.
Многонациональное общество может быть прекрасной вещью, но это предполагает взаимное уважение и желание жить вместе. И я подразумеваю, действительно, взаимное.
Ваш предстоящий фильм, «Прах», так же начинается на Балканах и охватывает почти все 20 столетие. Не могли бы вы рассказать немного о сюжете и назвать хотя бы одну причину, почему вы выбрали его?
«Прах» это фильм о повествовании, о том, как рассказываются истории (не обязательно большие истории о важных событиях, но, кроме этого, истории конкретных личностей) и о том, что мы оставляем позади себя, когда уходим. (Истрою, картины, память или просто пыль?) Главный вопрос фильма; «Куда уходит твой голос, когда тебя нет больше?» Две истории переплетаются и в конечном итоге становятся одним целым. Первая разворачивается в наши дни в Нью-Йорке и её герои – женщина, почти ровесница века и очаровательный воришка. Вторая история переносит зрителя в начало 20 века в провинцию Османской империи. В ней участвуют два ковбоя, беременная крестьянка, революционер и турецкий офицер. Я очарован способностью фильма играть со временем. Кинематографист превращает время в пространство: одна секунда становиться 24 кадрами. Редактируя, ты перемещаешь куски фильма и перемещаешь время. И кто знает, может быть, эта постановка вопроса более точна, чем наша традиционная концепция, представляющая время в виде прямой стрелы.
После нескольких неудачных опытов, как вы чувствуете себя, начиная такой большой проект?
Я уже почти закончил фильм, так что чувство начала уже позади. Конечно, я очень счастлив, что сумел получить этот проект в производство. Даже после успеха Pred dozdot это заняло действительно много времени. Долгое время все выглядело так, что я никогда не смогу снять «Прах» и эта перспектива разрывала мне сердце. Я настаиваю на полном творческом контроле и это главная причина, почему все так затянулось. В Голливуде режиссер, даже если он – сценарист, не имеет полного творческого контроля. Для кого-то это может быть и подходит, но только не для меня. Я вкладываю слишком много сердца в фильмы, которые делаю, чтобы позволить бюрократам что-то менять в них по своему желанию.
Хорошие вещи требуют много времени. Мне очень повезло работать с замечательной и абсолютно подготовленной командой, несмотря на тяжелейшие условия. Мы снимали в Македонии в самое жаркое лето, с сотнями статистов в полном обмундировании в жару более чем 40 градусов. У нас были очень трудные ночи съемок в Нью-Йорке. Продюсеры делали невозможное, чтобы заполучить финансирование для этого амбициозного фильма. И актерский состав был просто блестящим: Джозеф Файнс, Дэвид Уэнам, Адриан Лестер, Розмари Мерфи, Николина Куяца, Энн Броше, Владо Джовановски, Салаетин Билал…
Никати Сонмез, 30 апреля 2001
Перевод Neil-Сказочницы
Оригинал здесь http://www.ce-review.org/01/15/kinoeye15_sonmez.html
скачать


Смотрите также:
Интервью с Милчо Манчевски
73.51kb.
Интервью с Милчо Манчевски
61.01kb.
Занятие №5,№6 Тема: Подготовка и проведение интервью
22.26kb.
Криминальный Великий Новгород Елена Токарева. Stringer ru, 10 Сентября 2006 Адвокат Борис Севастьянов (1979 2006) Фото Stringer ru Это интервью
171.8kb.
Интервью с Роксаной Бабаян
74.47kb.
Интервью у Джона МакАртура касательно экспозиционной проповеди в постмодернистском мире. Ниже вы сможете ознакомиться с текстом этого интервью
75.95kb.
Интервью с доктором Л. Дэй в студии телеканала 3 abn
674.36kb.
Интервью на газетной полосе может появиться в форме любого другого жанра: заметки, репортажа, статьи, очерка и т д. Этапы создания интервью
24.76kb.
Film quarterly Родерик Кувер История в
138.25kb.
Интервью с Альдо Наури
78.03kb.
Интервью // Цитата. Февраль 2006, № С. 27- 32
190.39kb.
Курсовая работа «Специфика интервью как особой формы социологического опроса, его достоинства и недостатки»
202.55kb.